Стивенсон возразил:
– Практически вся территория Соединённых Штатов лежит южнее указанной изотермы. У нас выращивать безнаркотическую марихуану невозможно.
– Насколько мне известно, выращивание конопли у вас в США запрещено с 1937 года, – парировал Зорин. – Не понимаю, почему этот вопрос так вас беспокоит. Занимайтесь своим сельским хозяйством.
– Текст «Единой конвенции» подготовлен, и любая его переработка задержит её принятие, – не сдавался Стивенсон.
–Конвенция в её настоящей редакции направлена против народного хозяйства Советского Союза и развивающихся стран, для которых конопля служит важным источником сырья для пищевой и текстильной промышленности, – ответил Зорин. – Советская делегация предлагает изъять из Конвенции все упоминания конопли и регулировать её выращивание отдельным документом (АИ). Мы вам коноплю не поставляем, можете запрещать её выращивание у себя своими внутренними законодательными актами. Мы подготовили новую редакцию Конвенции, и документ, регулирующий выращивание конопли. Их можно обсудить в любой момент – было бы желание.
Позицию СССР поддержали представители большинства стран «третьего мира», с которыми советская делегация перед этим несколько месяцев проводила подготовительную работу. Советский вариант текста Конвенции обсудили на следующем заседании. Он устроил всех, кроме американцев, но, в ответ на истерику в американской печати, Зорин передал в газеты подборку информационных материалов, разоблачавший сговор Хёрста, корпорации «Дюпон» и Гарри Анслингера. Вишенкой на торте стала история о том, как по приказу Анслингера сотрудники Бюро по борьбе с наркотиками снабжали опиумом сенатора Джо Маккарти, того самого, который был инициатором «маккартизма». (https://ru.wikipedia.org/wiki/Анслингер,_Гарри_Джейкоб) Оказавшись в эпицентре скандала, Гарри Анслингер подал в отставку.
В итоге, «Конвенцию о наркотических веществах» приняли в редакции, предложенной Советским Союзом. Коноплеводство как отрасль народного хозяйства СССР была сохранена в полном объёме, хотя посевные площади под коноплю в южных районах были сокращены, и взамен увеличены в районах, севернее изотермы, где можно было выращивать безнаркотические сорта.
31 марта 1961 года, завершив свою двухмесячную поездку по стране, Хрущёв направил в Президиум ЦК сорокастраничную записку, в которой изложил свои впечатления. В записке он отмечал многочисленные недостатки в работе сельского хозяйства. Причиной он назвал нехватку квалифицированных кадров, прежде всего – на руководящих должностях. В своей записке Никита Сергеевич писал:
«Видишь, как выросли люди в колхозах и совхозах...» и тут же следовала критика местных партийных органов: «…не перевелись среди первых секретарей обкомов партии такие, кто плохо знает сельскохозяйственное производство, не взялись по-настоящему за изучение экономики…»
Хрущёв отметил, что после распашки целины в Казахстане остается до 90 миллионов гектаров пастбищ, на которых можно развивать животноводство. Первый секретарь одобрил инициативы Александра Николаевича Шелепина по строительству жилья в целинных районах. Шелепин со свойственной ему энергией сумел добиться выделения дополнительных капиталовложений на развитие жилищного строительства, в результате чего к 1961 году обеспечение населения жильём в целинных районах было лучше, чем в Москве
(АИ, в реальной истории за прошедшие два года недодали 7,7 миллионов квадратных метров, и недостача нарастала: в 1959 году – 1,9 миллиона, а в 1960-м уже 5,8 миллионов. Причиной срыва плана было сокращение капиталовложений, игнорирование современных индустриальных строительных технологий. См. С.Н. Хрущёв «Реформатор»)
7 апреля Генеральная Ассамблея ООН осудила политику Южной Африки в отношении Юго-Западной Африки, находившейся под опекой ООН (современная Намибия)
Американские ученые впервые осуществили успешную радиолокацию Солнца, приняв отражённый от него радиосигнал. Систематическая радиолокация Солнца проводилась Стэнфордским университетом и Массачуссетским технологическим институтом. Учёные исследовали связь между характером отражения от Солнца земных радиосигналов и солнечной активностью. Опытным путём было установлено, что во время солнечных вспышек отражённый сигнал заметно усиливается. Этот эксперимент позволял более точно предсказывать изменения солнечной активности, и отслеживать опасные для космонавтов облака частиц, выбрасываемых в межпланетное пространство при солнечных вспышках.
21 апреля в столице Анголы Луанде произошло новое восстание. Ситуация в стране быстро перерастала в гражданскую войну.
В феврале 1962 года предстояли очередные выборы президента Финляндии. Советскому правительству было небезразлично, кто находится у власти в государствах ближайшего капиталистического окружения. С 1946 года президентом Финляндии был лидер партии Аграрный Союз Юхо Паасикиви, премьер-министром – Урхо Калева Кекконен. В 1956 году Паасикиви было уже 86 лет, и по результатам очередных выборов пост президента занял Кекконен. С Хрущёвым у него сложились достаточно дружественные отношения. Президент Финляндии неоднократно приезжал в СССР, охотился вместе с Хрущёвым, Косыгиным, членами Президиума ЦК. Хрущёв тоже бывал у Кекконена в Финляндии, и был даже приглашён в собственную сауну Кекконена. У финнов приглашение в сауну считается знаком особого доверия. По возвращении Никите Сергеевичу пришлось объяснять этот финский обычай в Президиуме ЦК, тогда ещё Молотову, который, несмотря на занимаемую должность министра иностранных дел, подобных тонкостей не знал, и жёстко критиковал Первого секретаря «за поход в баню с лидером капиталистической страны» (Реальная история, см. С.Н. Хрущёв «Реформатор»).
Между СССР и Финляндией велась торговля, как на приграничном, так и на межгосударственном уровне. Этому благополучному сотрудничеству угрожал приход к власти в Финляндии партии социал-демократов, возглавляемой Вяйне Таннером. Сам Таннер, запятнавший себя сотрудничеством с фашистами во время войны, после неё, будучи уже в преклонном возрасте, благоразумно оставался на вторых ролях. Кандидатом в президенты от социал-демократов был выдвинут Рафаэль Паасио.
Западные немцы в это время активно вооружались в рамках НАТО, намеревались организовать под своим руководством объединенное командование на Балтике с участием Дании, а в перспективе, если получится, и Норвегии с Финляндией, чтобы контролировать Балтийское море. Хрущёв считал, что Кекконен останется верен сотрудничеству с СССР, а насчёт Паасио такой уверенности не было.
У СССР был заключён с Финляндией Договор о дружбе и сотрудничестве от 1948 г, предусматривавший, при необходимости, «проведение военных консультаций», что на дипломатическом жаргоне означало ни больше ни меньше как ввод на территорию Финляндии советских войск для совместного противостояния агрессору. Договор был заключён по итогам 2-й мировой войны. Хотя советскую базу с территории Финляндии вывели, финны хорошо понимали, что советские войска, согласно договору, в любой момент могут туда вернуться.
Хрущёв мог бы жёстко надавить на финнов дипломатическим путём (как и было сделано в реальной истории), но сейчас он держал за манжетой несколько козырей, которых «там» у него не было. Он пригласил Кекконена посетить СССР в конце января 1961 года, пообещав президенту представить несколько интересных и взаимовыгодных предложений.
Перед приездом финского президента Никита Сергеевич вызвал Серова:
– Есть у меня одна идея, насчёт Кекконена... Помнишь, в смартфоне Веденеева подборка музыки была, небольшая? Твои ребята мне её ещё на магнитофон переписывали?
– Ну, да, было дело, – припомнил Серов.