Всего за 49.9 руб. Купить полную версию
Да-да, за белым кроликом, я помню.
6
Когда ты спишь два часа, да ещё и в чужом доме, пробуждение доставляет некоторые неудобства. Сон прервался глухим ударом багажника, из которого Дэл выудил немногочисленные вещи сестры. Две небольших спортивных сумки, забитых, кажется, не под завязку. Каталина по-прежнему сидит в машине - небольшом минивэне Версо, который по словам рекламы является “динамическим пространством, в котором вы почувствуете себя собой”.
И нигде больше. Только в ебаном минивэне Версо.
Вершина конструкторской мысли.
Позволительная роскошь устанавливает порог твоих мечтаний.
“Семейный автомобиль с системой сидений Изи-Флэт-Севен сочетает в себе новый стиль, усовершенствованное управление и максимальный комфорт для всех ваших Я”.
Я-муж, Я-рабочий, Я-сексоголик - и все мы обретаем счастье, зная, что у нас Изи-Флэт-Севен.
Я смотрю на попытки Дэла уговорить Каталину пройти в дом, и в памяти всплывает сон, который я видел совсем недавно, покоясь на узком диване, предоставленном мне самим хозяином.
Заброшенный район, по которому я бродил во сне, напоминал тот квартал, в котором мы жили с семьёй, когда мне ещё не было восьми лет. Несколько частных домов, выкрашенных в матовый серый цвет, неподстриженные газоны соседей, отмечавших День Благодарения в кругу ожиревшей родни, и тяжёлый дождь, сгибавший меня пополам в оригами. Каждый шаг на пути к огромному трёхэтажному зданию сопровождался зубным хрустом, ноги тряслись, но я не ощущал боли, только пытался распрямиться и пробиться через массивные капли к той постройке, в окне которой я видел отца, избивавшего мать. Стёкла, казалось, выбиты, а над домом сиял колоссальный коралловый луч, по которому наперекор массивному ливню поднимался розоватый пепел.
Ничего не стало, когда из машины вылезла Каталина, держа за руку брата. Я ошибался. Она совершенно не похожа на Дэла, скорее, полная его противоположность.
Мне вспомнилось полотно Тициана “Любовь земная и Любовь небесная”. Эта нагая Венера, которая держала в свой руке сосуд с огнём, олицетворяющим вечное небесное счастье.
Рост около ста семидесяти сантиметров, длинные светлые волосы, мягкие черты лица. И пустой взгляд; взгляд человека, не думающего о том, что ему надеть на завтрашнюю вечеринку.
Коктейльное платье или короткую юбку.
Блузку или футболку Армани.
Взор, наполненный отрешённостью, разрываемый каким-то болезненным отсутствием. Ничего. Абсолютная безучастность в каждом движении. Посмотри на себя и ты. Вечно оглядываешься, переживая, не сдёрнут ли с плеча сумочку. Смотришь по сторонам, не желая попасть под колеса минивэна Версо. Опасность на каждом шагу.
Вдох. И тебя изрезали в клочья за золотую цепочку весом в шесть грамм.
Выдох. На тебя упала прогнившая крыша собственного дома, который ни разу не ремонтировали.
Я хочу быть как она. Не видеть зла, чтобы не бояться.
Я бегу на второй этаж в поисках туалета или ванной. Нужно привести свою голову в порядок перед встречей с любовницей. Зеркало харкает в меня отражением: мешки под глазами, царапина на правой щеке, оставленная часами Марии. Растрёпанные волосы, трёхдневная щетина. Но от меня по-прежнему пахнет туалетной водой, подаренной миссис Бальмонт по случаю дня рождения.
Меня не нужно смотреть, меня необходимо вдыхать.
Контрактный цветок, обеспечивающий ремиссию Каталины.