Внезапно меня осенило.
— Ремо, а ты не думаешь, что это может быть неизвестная болезнь? И, возможно, заразная? — я вскинула на него глаза. — Потому что ни одного своего соотечественника в таком состоянии я еще не видела. Разве что день на третий после смерти.
— Не знаю. Честно, не знаю, — под нашими взглядами Ремо замер и посмотрел в небо. — В любом случае, остается только ждать. Тайл, ты не подходил близко к детям?
— Нет. Вопрос только, насколько близко они подошли к нему в первый раз?
— Не думаю, что они спускались в расселину. Ты переоцениваешь храбрость Римса, не говоря уже об Атке.
Час, прошедший до прибытия грузового дайра, мы провели в тягостном в молчании. Обратное путешествие в Развалины тянулось бесконечно: естественно, ни пилот, ни двое сопровождающих грузового дайра на эпидемию не рассчитывали и защитных костюмов не взяли. Поэтому затаскивать найденыша в трюм и караулить его там пришлось нам.
Скорее от скуки и какой–то странной бесшабашности, чем по действительной необходимости за время полета мы с Ремо кое–как осмотрели мужчину (мое участие в основном сводилось к поворачиванию тела), вернее, молодого парня лет шестидесяти–семидесяти, и совершенно точно установили, что никакого нашествия неизвестных инопланетян не предвидится.
Парня мне было жаль. Худой до истощения, с неровно обрезанным ежиком черных волос, голыми ушами и каким–то плешивым, облезшим хвостом, он был жалок.
В форте нас уже ждали. Дайр сел за внешним периметром, где дежурила группа в защитных костюмах. Те же костюмы передали нам.
Эпидемий на Деррин не было давным–давно, и, натягивая маску, я со всей отчетливостью поняла, что бюджет на эту статью расходов урезали еще до моего рождения. О годе выпуска самих комплектов и их предполагаемой надежности думать не хотелось.
Пилота дайра, сопровождение и Атку с Римсом поместили в карантин в главном здании, в небольшую амбулаторию для лежачих больных, выделив для этого отдельную комнату. К ним приставили обоих медбратьев форта, впрочем, Ремо был отнюдь не уверен, что они смогут чем–то помочь в случае необходимости.
Нам троим достался медпункт в башне Второго периметра. Врач в Развалинах действительно был один — тяжелых больных отправляли в город, а с текущими травмами и сезонными прививками вполне справлялся один Ремо. Что будет теперь, и насколько затянется наш карантин, не знал никто. Даже комендант, хотя он приходил лично и долго орал на меня через спешно установленную прозрачную перегородку в тамбуре медпункта.
Шутить не хотелось, но я все же не удержалась, спросив, считать ли мне себя уволенной. К моему удивлению, он лишь процедил:
— Не рассчитывайте так дешево отделаться.
Сержант тоже приходил и тоже орал — скорее для порядка, больше опасаясь за нас лично, чем злясь на учиненный нами переполох.
Что имел в виду комендант своей пламенной речью, до нас дошло только к середине ночи, когда за перегородкой замаячил очередной посетитель, оказавшийся нервно вздрагивавшей Руттой.
— О боги, это что, правда, что ли?
— Что именно? — поинтересовалась я. — Если ты о дерьме, то да, мы в нем по самые уши.
— Орие, что у тебя за шутки… идиотские? — Рут испугано оглянулась. — Вы что, правда притащили сюда… ну, вампира?
— Угу. Брат двоюродный решил навестить, — скучным тоном отозвалась я. — Чего тебе, дочь моя?
— Ремо позови, — буркнула она, мгновенно обидевшись.
Я пожала плечами, встала со стула, на котором коротала последние несколько часов, карауля визитеров всех мастей, и пошла в медпункт. Ремо колдовал над нашим найденышем, положив того на одну из двух наличествующих коек (что, кстати говоря, ставило ребром вопрос о спальных местах).