К тому времени, когда я добралась до мастерской, запрошенный мной дайр уже был готов к старту. С неудовольствием отметив, что вообще–то он не являлся единственным, и под парами стоит еще один, возле которого сидит на корточках Ремо, я сказала Тайлу:
— Только не говори, что еще и вы оба едете.
— Ага. Мы тут решили устроить маленький семейный пикничок на природе.
— Ночью. Под ливнем, — я кивнула и забралась на место пилота. — Волшебно. Атка, запрыгивай!
Девочка шмыгнула на пассажирское сиденье позади меня. Шлюз стартового тоннеля поднялся, и я увеличила скорость. Дайр стремительно вылетел из внешне монолитной скалы–основания Развалин и свернул на север — к горам.
Ливень к вечеру сник до противной мороси, но вокруг гор сгрудились самые многообещающие тучи, и я искренне посочувствовала ловеласу Римсу, мокнущему там третий час. Сомнительно, что юный авантюрист сунется в пещеру скальника, которого дождь явно загнал внутрь, поэтому за безопасность мальчика я не слишком беспокоилась.
Этот мальчик, кстати говоря, в деле спасения своей шкурки даст фору доброй половине взрослых.
Именно это юное дарование первым, опередив даже сержанта, додумалось, в какой организации я состояла до поступления в гарнизон Развалин. Не то что бы я особенно скрывала, что это был Корпус, Великий и Ужасный, но чего мальчонка не знал, так это того, что из него насовсем никто никогда не уходит, и растрепал о своем открытии всем встречным и поперечным.
Результатом стала моя длительная беседа с сержантом, и то, что парень стал панически бояться моей особы. Узнав, что в сей организации я числилась силовиком в чине лейтенанта, занимающегося не столько прямыми обязанностями, сколько копанием в чужих душах, сержант сходил с докладом к начальству и успокоился, хоть и заявил, что восстановления прежнего звания я не дождусь. Заместитель коменданта (сам комендант на свое несчастье в тот момент отсутствовал) увидел во всем этом решение проблемы явного духовного дефицита в форте и одновременно возможность сделать реверанс в сторону условно дружественного Корпуса, восстановив меня если не в чине, то в обязанностях.
— За вон той скалой направо, — прокричала сквозь шум ветра Атка, и я быстро скорректировала курс.
— Далеко еще?
— Нет. Да вон он! — девочка тянет руку вниз, к подножию приземистого скального выступа, где под крошечным козырьком прячется от ливня темная фигурка.
Я бросила дайр вниз, на небольшую плоскую площадку среди скал. Тайл нырнул следом, едва втиснувшись на ровный пятачок.
Интуитивно распознав меня в одной из фигур, выпрыгнувших из дайра, Римс скрестил руки на груди и набычился.
Вдалеке сверкнула молния.
Прянув ушами, подросток несколько подрастерял апломб, но позиций не сдал даже при моем приближении.
Я прошла мимо.
Слева от карниза начинался узкий изломанный проход, и мне явно было туда. Тайл двинулся следом, столь явно не желая встревать в отношения отцов и детей, а так же приятелей этих детей, что я ничего не сказала против.
Охотничья «байка» плавно вышла из кобуры и легла на предплечье. Стрелять полиморфу, в обиходе именуемому скальным оборотнем, следовало только в глаз, но я совсем не была уверена, что вообще буду стрелять. В конце концов, в том, что на нее наткнулись дети, несчастная зверюга не виновата. А шла вперед я лишь затем, чтобы убедиться, что не ошиблась в определении «вампира».
Проход закончился внезапно. Источенные дождями игольчатые скалы расступились, дав место темной расселине. На несколько секунд я застыла на краю, откинув капюшон и чувствуя, как холодные капли начинают стекать под воротник. В горах темнело быстро, здесь же и вовсе царила непроглядная ночь.
Я достала фонарик и перекинула его Тайлу. Живые существа в расселине были, было даже одно относительно крупное, я чувствовала потоки их энергий и тепла. Только вот тепла было слишком много для скальника. Да и для вампира тоже.
Неяркий рассеянный луч скользнул вниз. Я начала спускаться, внимательно наблюдая за источником самого интенсивного потока. Но когда источник тепла и энергии вдруг разделился, застыла и вскинула «байку».