Гарольд грустно смотрит на мать. М-м Чейзен воспринимает этот взгляд как утвердительный ответ.
Первый вопрос: часто ли вы моете руки? Часто? Нет. Можно было бы даже ответить: безусловно нет. Как ты думаешь, Гарольд? (В течении всей сцены она отмечает ответы на бумаге.) Второй вопрос: необходимо ли половое воспитание вне дома? Нет, конечно, ты согласен? Третий: любите ли вы одиночество, стремитесь ли вы к нему? Это очень просто: безусловно, да.
Гарольд достает из куртки брусок динамита.
Часто ли вы приглашаете к себе друзей? Нет, ты их никогда не приглашаешь. Часто ли у вас появляется ощущение, что жизнь не стоит того, чтобы ее прожить?
Гарольд достает еще бруски динамита, пока М-м Чейзен в размышлении, затем она поднимает глаза.
Так что ты на это скажешь, Гарольд! Да или нет?
Он быстро прикрывает куски динамита ногами, собирается что-то сказать, но она прерывает его.
Ответим: возможно. Седьмой вопрос: что вы предпочитаете — восход или закат солнца? Вопрос плохо поставлен.
Гарольд вынимает спички и рулончик скотча.
Находите ли вы, что секс чересчур используется нашими средствами массовой информации? Конечно, да, безусловно!
Гарольд отрывает длинный кусок скотча, заматывает его вокруг трех брусков динамита.
Болит ли у вас иногда голова или спина после тяжелого дня. Да, со мной это случается. Легко ли вы засыпаете? Скорее — да. Поддерживаете ли вы применение смертной казни? Да, безусловно, да.
Гарольд поджигает фитили.
Является ли на ваш взгляд светская жизнь в целом пустой тратой времени? Боже мой, нет! Почему же?
Гарольд встает, в нерешительности поворачивается к матери, затем направляется к шкафу.
Переходите ли вы на другую сторону улицы, чтобы избежать неприятной встречи? Я уверена, что ты это делаешь, а? Совершенно уверена. Было ли у вас счастливое детство? О, да! Ты был прелестным ребенком. Четырнадцатый вопрос: допускает ли ваша позиция по отношению к метафизике жизнь после смерти?
Гарольд забирается в шкаф.
Думаю. да. Безусловно, да! Думаете ли вы, что сексуальная революция…
В этот момент шкаф взрывается, покрывая комнату облаками дыма. Дверь срывается с петель.
Гарольд, вопрос: Думаете ли вы, что сексуальная революция зашла слишком далеко?…
Большое кладбище. Оно залито солнцем. Слышен перезвон колоколов и пенье птиц. В стороне три или четыре фигуры, одетых в темное, участвующих в сцене погребения, которая нам не видна. ГАРОЛЬД держится немного в стороне, повернувшись спиной к публике. Как и все остальные, он слушает священника, который читает заупокойные молитвы и его запинающаяся речь подсказывает нам, что это отец ФИННЕГАН. Мгновение спустя входит МОД с лопатой в руках. Она быстро оглядывается вокруг, находит точное место, втыкает лопату в землю и начинает копать. Служба заканчивается и участники ее расходятся. Гарольд собирается последовать за ними, когда снова появляется Мод, толкая тележку, в которой лежит маленькое деревце. Останавливается и ищет взглядом кого-нибудь, кто мог бы помочь.
МОД. Извините меня, но Гарольд?… Какая радость, что я вас снова встретила! Как дела?