МОД. Сначала я выкопаю здесь яму, а потом…
САДОВНИК. Вы не имеете права копать ямы. Здесь кладбище.
МОД. Успокойтесь, я никого не собираюсь хоронить! Я только посажу это дерево. Объясните ему, Гарольд!
САДОВНИК. Минутку! У вас есть на это разрешение? Вы обращались к администрации?
МОД. Когда это я могла обратиться к администрации? Я решила это сегодня утром.
САДОВНИК. Мадам, вы не имеете права приходить сюда и начинать копать ямы.
МОД. Я не копаю ямы. Я сажаю дерево. Здесь будет очень хорошо, как только оно подрастет. Оно вам очень понравится. Вот увидите!
САДОВНИК. Не надо говорить это мне.
МОД. Кому же тогда? Отцу Финнегану, может быть? Я уверена, что он поймет. (Зовет.) Отец Финнеган! Ау! Ау! (Она кладет пальцы в рот и издает резкий свист. Улыбается, потом машет рукой. Очевидно, он ее видит, но отворачивается.) Думаю, он меня не узнал. (Кричит громче.) Отец Финнеган! (Свистит снова.) Ну вот, он идет.
СВЯЩЕННИК (входит весьма рассерженный). Мадам, не следует так свистеть. У меня сейчас как раз служба…
МОД. Отец мой, это вопрос жизни и смерти.
СВЯЩЕННИК. Для кого?
МОД. Для этого маленького деревца.
СВЯЩЕННИК (садовнику). Что здесь происходит в конце концов?
САДОВНИК. Они собираются копать яму, а шеф не разрешает копать здесь ямы.
МОД. Не разрешает? Да за кого он себя принимает? За бога — отца?
САДОВНИК (священнику). Вы бы лучше сказали этим двоим, чтобы они все унесли, иначе мне придется о них доложить.
МОД. Как вы можете просить его об этом! Отец Финнеган — служитель Бога. Он посвятил свою жизнь милосердию, помощи слабым и угнетенным! И вы думаете, что он повернется спиной к этому деревцу? Ответьте ему, отец мой…
СВЯЩЕННИК (в затруднении). Но, если…
МОД. Это невозможно! Совершенно невозможно! Гарольд, принесите дерево.
САДОВНИК. Очень хорошо, мадам, я вас предупредил. Я пойду за моим начальником. И в другой раз оставьте мою тачку там, где она стояла. (Выходит недовольный, забрав с собой тачку.)
Гарольд продолжает держать деревце и намеревается уйти.