Листопад пожал плечами и закрыл хвостом нос.
Остролистой захотелось завыть от досады. Он даже разговаривать с ней не хотел! Но нет, она ни за что не признается, что ей больно.
Повернувшись спиной к Листопаду, Остролистая поплелась обратно в лесной туннель. Сначала она шла медленно, ожидая, что Листопад сейчас ее догонит и будет упрашивать вернуться… Но тени за ее спиной становились все гуще, а со стороны речной пещеры так и не донеслось ни звука…
Оказывается, она успела забыть, каким холодным и кусачим может быть ветер.
Остролистая пряталась за стволами деревьев, но ветер и здесь умудрялся забраться ей под шерсть, выдувая тепло из костей. Темнело, длинные тени деревьев ползли по земле, но по сравнению с непроглядной чернотой туннелей эта тьма почему-то казалась Остролистой враждебной и неуютной. Она спотыкалась о корни, наступала на ветки и проваливалась лапами в кротовины. Стиснув зубы, Остролистая вырвалась из очередного куста ежевики, оставив на колючках клочья своей черной шерсти.
Что с ней такое, неужели она разучилась ходить по лесу? Неужели ежевика всегда была такой колючей? Неужели палая листва всегда так громко шуршала под лапами, а ветки так громко гремели на ветру? Оглушительные звуки переполняли слух Остролистой, не позволяя разобрать в этом шуме тихий шорох дичи, а когда она пыталась поглядеть вдаль, перед глазами все начинало расплываться. Остролистая твердила себе, что этот лес такой же, как на территории Грозового племени, но разве себя обманешь - здесь не было ни пограничных меток, ни знакомых тропок в кустах, ни каких-либо следов котов.
Остролистая поглубже залезла в ежевику и протоптала себе небольшое местечко под ветками. После этого она когтями нарвала сухой травы, чтобы сделать подстилку, улеглась на жесткую землю и накрыла хвостом нос. В животе оглушительно заурчало, напоминая, что она ничего не ела с самого утра, после утренней «охоты» в подземной реке. Есть хотелось отчаянно, но Остролистая понимала, что сейчас она все равно ничего не поймает. Прижавшись спиной к ветвям ежевики, Остролистая жалобно вздох нула и впервые пожалела о том, что ушла. Как здорово было бы сейчас уснуть рядом с Листопадом! От него не было тепла, он был странным товарищем по гнездышку, но с ним все же было лучше, чем одной. Как-то он там сейчас? Жалеет ли о том, что отпустил ее?
Голод разбудил ее перед самым рассветом. Вздыхая, Остролистая вылезла из куста и принюхалась. Ветер нес с собой запахи скорого дождя. Остролистая поежилась. Ее палатка была ничем не защищена от осенних ливней, нужно было разыскать крупные листья, чтобы вплести их между ветвями ежевики, а заодно не помешало бы заделать щели, чтобы ветер не задувал внутрь. Но этим она займется потом, сначала нужно было подумать о еде.
Сквозь кроны деревьев просачивался белесый свет, и вскоре Остролистая с радостным волнением разглядела на раскисшей листве под буком цепочку крохотных следов. Припав к земле, она напружинила протестующие мышцы, отвыкшие от таких упражнений. Вот легкий лист шевельнулся под корнями, и из-под него вынырнул кончик гладкого коричневого хвостика.
Остролистая прыгнула и приземлилась прямо на спину мыши, прикончив ее укусом в шею.
«Вряд ли в Звездном племени водится дичь вкуснее, чем эта!» - простонала про себя Остролистая, жадно впиваясь в добычу. Кошка и опомниться не успела, как от мыши остался только хвостик.
Набитый живот громко замурлыкал от удовольствия - и почти сразу же сжался от рези. Остролистая зашипела сквозь зубы. Она уже давно так не объедалась! Наверное, нужно было сберечь кусочек на потом, соорудить собственную кучу с добычей. Остролистая поискала глазами подходящее местечко. Потом со вздохом пожала плечами. Если она собирается жить одна и охотиться для себя, то зачем ей делать запасы? Она будет охотиться, когда проголодается, только и всего. Как поступают все бродяги…
Остролистая вскочила и бросилась в чащу. Никакая она не бродяга!
«Тогда кто же ты такая?» - спросил ехидный голос у нее в голове. Она… она воительница без племени, вот кто! Не бродяга, не одиночка и - сохрани Звездное племя! - не домашняя киска!
«Ты убийца!» - прошептал все тот же голосок, но Остролистая прижала уши к затылку и со всех ног понеслась дальше. Вскоре земля под ее лапами стала плавно подниматься. Остролистая бежала, не поднимая головы, поэтому не сразу заметила, что лес поредел и ветер засвистел громче. Оказывается, она взобралась на гребень холма. Впереди, всего нескольких шагах, была его вершина, с которой можно будет увидеть озеро, лес… и свой старый дом.
Лапы Остролистой приросли к земле. Она ничего не могла с собой поделать - ее уши сами встали торчком, пытаясь уловить признаки близости котов: перекличку патрульных или топот воинов Ветра, преследующих кролика. Она ничего не услышала, слишком сильно свистел ветер, гулявший на гребне, слишком громко шелестела листва деревьев внизу.
Не раздумывая, Остролистая повернулась и побежала обратно. Часть ее существа продолжала мучительно ждать, что вот сейчас ее соплеменники подадут голос, и тогда она сможет забыть обо всем и со всех лап броситься к ним навстречу. Но другая ее часть страшилась услышать эти голоса, боялась столкнуться с патрулем, посланным разыскать и наказать ее за убийство Уголька. Что известно в Грозовом племени? Рассказали ли Листвичка, Воробей и Львиносвет правду о смерти Уголька или нет? Наверное, она никогда этого не узнает, потому что никогда не вернется.
Остролистая припустила еще быстрее и скрылась за деревьями.
Через несколько дней выпал первый снег. Утром Остролистая открыла глаза и увидела за ветками странную туманную белизну. Выбравшись наружу, она громко взвизгнула, когда снег свалился ей прямо на шею. Отряхнувшись, кошка выбежала под деревья. Ее лапы проваливались в рыхлый снег, было так холодно, что она быстро замерзла. Шипя себе под нос, Остролистая подбежала к поваленному стволу, слегка припорошенному снежком. Мох, покрывавший кору, был влажным, но его оказалось легко отряхнуть от снега.
Усевшись, Остролистая перевела дух и стала думать, что делать дальше. Пожалуй, сегодня на сытный обед нечего рассчитывать, вся дичь сидит в своих норках, укрытых теплой шкурой палой листвы. В Грозовом племени, наверное, уже позаботились сделать запасы добычи в вырытой в земле яме. В животе у Остролистой громко заурчало, и она сердито оскалилась, злясь на свое легкомыслие. Как она могла не подумать о снегопаде?
Она уже приготовилась спрыгнуть со ствола, когда вдруг заметила цепочку следов, петлявших среди деревьев. На вид следы были крупнее, чем у нее, но меньше, чем собачьи.
Черная шерсть на шее Остролистой встала дыбом. С недовольным шипением она прыгнула в снег и побрела к следам. Запах сразу подсказал ей, кто прошел по ее территории ранним утром. Это была лиса. Очень молодая лиса, судя по отпечаткам, а еще… Неужели сердце пытается ее обмануть, подсказывая, будто ей знаком этот запах?