С таким же выражением лица мы видим его спящим... Утро. На постели лучи солнца. Разухабистая песня мужиков-покойников почему-то все еще продолжается... Вдруг Чичиков проснулся... сел на кровати и, ничего со сна не соображая, стал испуганно прислушиваться к доносившейся песне. Затем он вскочил с кровати и подбежал к окну...
Внизу по улице, мимо гостиницы, идут с песней «Во кузнице» солдаты...
— Фу, какая чушь приснилась... — недовольно поморщился Чичиков в, сердито захлопнув окно, крикнул:
— Петрушка!.. Одеваться!
На крик в дверях показался Петрушка с сапогами, бельем и фраком...
Эп. 35.
Во фраке брусничного цвета с искрой, со связкой бумаг в руках Чичиков появился в одной из общих комнат Гражданской Палаты, где за столами скрипели перьями пожилые и юные жрецы Фемиды. Подойдя к столу какого-то старика, Чичиков с поклоном спросил:
— Позвольте узнать, здесь дела по крепостям?
Старик медленно, как Вий, приподнял веки и произнес с расстановкой...
— Здесь нет дел по крепостям...
— А где же?
— У Ивана Антоновича...
— А где же Иван Антонович?
Старик ткнул пальцем в другой угол комнаты. И Чичиков, пройдя мимо столов, подошел к Ивану Антоновичу.
— Позвольте узнать, — вежливо, с поклоном спросил он, — здесь крепостной стол?
Иван Антонович как будто ничего не слышал, углубился совершенно в бумаги. Возраст он имел далеко за сорок, волос густой, черный; вся середина лица его выступала вперед и пошла в нос, словом, это было то лицо, которое называют кувшинным рылом.
— Позвольте узнать, — невозмутимо повторил свой вопрос Чичиков. — Здесь крепостная экспедиция?
— Здесь... — промычал Иван Антонович и, повернув обратно свое рыло, углубился в бумаги.
— У меня вот какое дело... — учтиво начал объяснять Чичиков. — Купил я у здешних помещиков крестьян на вывод... купчая имеется, необходимо бы свершить...
— А продавцы налицо? — перебило его кувшинное рыло.
— Некоторые здесь, а от других доверенность...
— А просьбу принесли?