- Придурок чертов. Ненавижу тебя, - бормочет Эльза, проходя мимо.
- Вот, возьми, - спешу за ней, протягивая книжку. - Только верни через две недели, не люблю долги в любых проявлениях.
- Пошел к черту. Сам читай, - отрезает она, а у самой в голосе - смех.
- Ладно. Потом заберешь, - соглашаюсь я, зная, что заберет уже часа через два.
Дабы не выставлять себя идиотом и дальше, прячу книжку в рюкзак. Как раз вовремя, надо сказать, потому что Тэд & Co решили подзадержаться. Караулили меня у самого общежития, а я заметил их, лишь когда парни выросли прямо перед носом. Зрение у меня все-таки ни к черту.
Эльза замедлила шаг, не собираясь удирать. Она вообще смелая девчонка. Поначалу, первые недели нашего знакомства я помнил ее постоянно ревущей. Она, кажется, пила меньше, чем выревывала. Просто не глаза, а два Ниагарских водопада.
К слову, глаза у нее в самом деле бесцветные, как вода. По носу и щекам у Эльзы рассыпаны веснушки, за что ее часто дразнили. Порой даже чаще и обиднее, чем за логопедические изъяны. Но внимание к ней скорее приковывал ее рост. Когда мы только повстречались, Эльза едва мне до плеча доставала, а теперь на меня свысока смотрит. Будь у меня такой рост, я бы Тэда и не замечал вовсе. Даже если бы он передо мной стоял, недвусмысленно играя мускулами.
- У меня, кажется, дежа вю, - пробормотал я, останавливаясь и показывая на скамейку. - Ей-богу, я помню, как несколько минут назад...
- Запихни себе это дежа вю знаешь куда, урод? - Тэд переключился в режим "Рембо". Мимо проплывали щебечущие девчонки из театрального кружка. - Пояснить?
- Нет, кажется, я понял... Туда же, где только что побывала твоя куртяшка, да?
- Четысказал?!
- Отвали от него!
Ладно, я был не из тех парней, которые выходят из себя от мысли, что их защищает девчонка. Но были времена, когда и у меня начинали чесаться кулаки.
Гогот прихлебателей Тэда терзал слух. Терпеть не могу, когда издеваются над женщинами, ударяя по больному. По их физическим недостаткам. Смеяться над женщиной, это как смеяться в храме. Правда, в последнем случае ты получил бы хороший пинок от приличных прихожан и выкатился бы из дома Божьего ко всем чертям. До сих пор не могу взять в толк, почему люди думают, что Бог живет лишь в отведенном ему под это людьми же месте?
- Забирай свой доклад, - отрезаю я, вынимая из рюкзака отпечатанные листы.
- С этого и надо был начинать, педик, - я уже хотел было пройти мимо, но его рука схватила меня за куртку, рывком придвигая к себе. Эльза что-то крикнула, но я не расслышал. Меня нестерпимо мутило от запаха его дезодоранта, который душил похлеще астмы. - Мы с тобой еще не договорили, хлыщ. Кто тя отпускал?!
- Бартл! Нашел! - прозвучало требовательно и как-то воодушевленно за нашими спинами. Словно мужик, выкрикнувший это, споткнулся об чемодан с деньгами. - Да оставь ты его в покое! Сюда иди. Вот... вот она!
Я, сощурившись, следил за тем, как шевелятся губы Тэда. Он говорил о том, что отец его буквально накануне научил разделывать индейку, и что Тэд теперь до смерти хочет рассказать мне о том, какой это полезный навык.
Но вот всю нашу веселую компанию накрыла громадная тень, и Тэдди заткнулся, задирая голову выше... выше... выше...
- Клянусь Предвечным! Координаты сходятся. Это точно она, - тараторил все тот же голос, которому нельзя было не завидовать. Черт с ней, со звучностью, но этот парень был так счастлив, что мне показалось, будто он вообще прилетел к нам с другой планеты. - Ребята, будьте добры подвинуться. Красавица, мы пришли за тобой.
Рука Тэда разомкнулась, и я высвободил ворот куртки, хрипя, как старый шарпей.
Был бы у меня фотоаппарат, и я не упустил бы момента: Тэдди как будто уменьшился, съежился, поменялся с собой пятилетним. И выражение лица у него было теперь такое, словно его мочевой пузырь едва держится.