Нина: И должно быть не удобно, если ты колеблешься. Говори!
Борис: Во вторник у нас с женой двадцатипятилетие знакомства.
Нина: Знакомства?
Борис: Да. То есть двадцать пять лет назад мы познакомились. И каждый год в этот день она мне что-нибудь дарит. Я обычно делаю вид, что забыл, потому что мне это действует на нервы. Но сейчас все-таки двадцатипятилетие, и я думаю, что мне нужно что-нибудь ей подарить.
Нина: И при чем здесь я?
Борис: У меня дилемма. Я не знаю, что ей купить. Что сейчас вообще любят женщины, что принято дарить по такому случаю? Я хотел с тобой посоветоваться.
Нина: Именно со мной?
Борис: А с кем же еще? Ты — тоже женщина, знаешь, что любят женщины. А потом, мы так близки, что я могу открыто обратиться к тебе за советом. Ты хорошо меня знаешь, а ведь каждый подарок характеризует того, кто дарит. Я хочу сказать, что подарок намного больше говорит о том, кто дарит, нежели о том, кому дарят.
Нина: Я думаю, что не совсем удобно, если я буду тебе в этом помогать.
Борис: Почему?
Нина: Из моральных соображений.
Борис: Ой, только не надо о морали! Ты знаешь, где мы живем.
Нина: А где мы живем?
Борис: Мы живем в нашей стране, где моралисты выглядят смешнее, чем воры.
Нина: Я о себе думаю совсем не так.
Звонит мобильный телефон Нины.
Нина: Алло… да, это я… Хорошо… Почему? Во Флоренцию?!.. Когда?.. В субботу?.. Одну минуточку.
Нина прикрывает рукой мобильник и спрашивает Бориса.
Нина: Эта поездка в Лудбрег в следующую субботу еще в силе?
Борис: Конечно.
Нина: А можно от нее отказаться?
Борис: Ни в коем случае. Айдовщина пропала. Я уже заказал двухместный номер. Я же не буду для себя одного оплачивать двухместный номер!