— Полагаешь, мы не думали об этом? — с издевкой спросил Тиберий.
— Они здесь и в то же время везде, — с грустью произнес Эзраки. — Они играли с нами. Даже самые обещающие сведения приводили нас в никуда. Все это было до Вейглхэвена.
— Вэйглхэвен?
— Пятую роту заманили туда, — произнес Эзраки.
— Они искали стяг Ордена, — добавил Тиберий, ткнув палец в Керша. — Твой стяг.
— Ловушка?
Апотекарий кивнул.
— Сколько?
— Почти половина роты, — ответил Тиберий.
Керш снова уставил взгляд в пол.
— Братьев отправили на мучительную смерть, пока ты живешь и дышишь, стоя передо мной. Кнут? Скорее плеть. Плеть для всего Ордена. Твои сердца бьются лишь чтобы ты еще больше впадал в бесчестие. Наша кровь — на твоих руках.
— Таков путь Дорна, — наконец произнес Керш, его глаза снова встретили с глазами его обвинителя. — Мы сражаемся за Императора до самой смерти. Служение любой ценой — даже моей душой, брат Тиберий. Если мы поговорим о твоей крови, я так понимаю, ты оставил достаточно на клинке Белого Храмовника, с которым ты сражался в Клетке.
Презрительная усмешка Сдирателя сменилась гримасой гнева. Его разодранный кулак метнулся к Кершу, намереваясь сокрушить его. Тиберий был быстр, но он двигался как ветеран ближнего боя: размеренно, просчитывая все риски. Предсказуемо. Керш провел всю свою жизнь рядом с магистром Ордена, сражаясь с опытными воинами всех мастей и рас. Враг всегда посылал лучших, чтобы убить его, а задача Кнута была довольно проста — убить их прежде, чем они доберутся до магистра. Керш спокойно уклонялся от его атак. Кулаки Тиберия были повсюду: прямые удары, обратные, боковые. И каждый из них не достигал своей цели. Кнут работал плечами, каждый раз убирая голову из зоны поражения кулаков Тиберия. Короткий удар ноги заставил Керша пошатнуться. Он отвел колено в сторону и бросил свое полотенце прямо в лицо Тиберия. Заслуженный боевой брат отбросил его в сторону, только чтобы обнаружить, что Керш восстановил равновесие. Сгусток крови и выбитые зубы вылетели изо рта ветерана, когда его голова приняла на себя удар. Его могучее тело оторвалось от земли и затем рухнуло на пол со звуком, похожим ну дар молота. Керш сжимал шлем Эзраки. Апотекарий пытался встать между двумя воинами, и Кнут в этот момент выхватил из рук Эзраки его шлем. Схватив его, он резко развернулся по дуге и врезал им по лицу Тиберия. Эзраки склонился над упавшим космическим десантником, чтобы проверить его состояние. Когда Тиберий закашлялся, из разбитого носа и сломанной челюсти вылетели фонтаны крови. Керш взглянул на кровавый след на фоне белизны шлема.
— Твоя кровь снова пролилась, брат Тиберий, — сплюнул Кнут.
Тиберий махнул рукой, давая знак Эзраки, что он не нуждается в медицинской помощи, и, пошатываясь, встал на ноги.
— Давай, мясо, — рявкнул Керш.
— Довольно! — раздался крик трупа-капитана Гедеона, вошедшего в пениториум.
— Оставь силы для чертовой арены, — с отвращением произнес он. — Уберите его отсюда. Очистите пол.
Сервы Ордена поспешили выполнить приказ, пока Эзраки, поддерживая Тиберия, сопровождал десантника к выходу. Апотекарий одарил Керша осуждающим взглядом.
— Встретимся внизу, — произнес он.
Керш вернул Эзраки его шлем. Апотекарий последний раз бросил на Керша взгляд и покинул пениториум. Труп-капитан нажал на панель связи, прикрепленной к стене.
— Говорит Гедеон. Откройте щиты, лева борта.