Ей хотелось спать, она устала и морально, и физически, но в воздухе словно витал незримый вопрос о том, кто и где будет ночевать. С одной стороны, Морриган на данный момент была собственностью де Риверса, с другой — они оба англичане, и вроде как не подчиняются законам другой страны, даже если они оказались в подобной ситуации. Робин молча скользил по девушке взглядом, но она не обращала на это ровно никакого внимания, поскольку ей было наплевать на интерес мужчины к своей особе.
— Прошу прощения, но мне хотелось бы лечь спать, — призналась Морриган. — Сегодня был трудный день.
— Да, конечно, — Робин встал и подошёл к шкафу. — Держи, это тебе.
Девушка поймала кружевную ночную рубашку. Удивлённо рассматривая одежду, она искоса глянула на собеседника.
— А… я что, буду спать одна? — осторожно осведомилась она.
Робин скрестил руки на груди и прислонился к стене каюты.
— Мне подумалось, после гарема ты не будешь гореть желанием видеть кого-либо в своей постели, разве нет?
Морриган пожала плечами.
— По большому счёту меня это не заботит, милорд. Гарем научил меня доставлять удовольствие хозяину, не думая о себе, оставляя чувства в сторонке.
Робин прищурился.
— Ты хочешь сказать, что ничего не чувствуешь в постели с мужчиной?
— А я должна? — Морриган с недоумением уставилась на него.
Де Риверс улыбнулся, в карих глазах промелькнули искорки.
— Всё понятно. Тебя просто использовали по назначению. Малышка, я покажу тебе, что значит быть женщиной, и в очень скором времени.
— А если я буду против? — девушка изогнула бровь.
Ей уже стало интересно, что же будет делать дальше Робин: воспользуется ли своим правом хозяина или останется джентльменом.
— Не будешь, детка, — он отошёл от стены и приблизился к ней. — По глазам вижу, не будешь.
Морриган коротко вздохнула, поднялась со стула. "Видимо, не судьба мне сегодня спать одной…"
— Вы хозяин, милорд, — просто сказала она, подходя к кровати. — Не думаю, что моё мнение на самом деле имеет для вас значение.
Робин в два шага оказался рядом с девушкой и развернул её за плечи к себе.
— Обещаю, Морриган, ты не пожалеешь о сегодняшней ночи, — услышала она над ухом тихий голос.
Бывшая наложница подняла голову, но ответить ничего не успела: де Риверс поцеловал её. Нежно, осторожно, словно пробуя на вкус — Морриган растерялась, застигнутая врасплох. Так девушку никто никогда не целовал, если уж быть честной, то и прежний хозяин ограничивался одним-двумя небрежными поцелуями, их и назвать-то так можно было с определённой натяжкой.