— С какой стати? Разве она идет в придачу к даче?
Он нахмурился, затем запрокинул голову и разразился смехом. Раскаты его хохота, напоминавшие обратные вспышки тракторного двигателя, вдребезги разнесли лесную тишину.
— Вот это хохма! — захлебывался он. — «Разве она идет в придачу…» — Он снова заржал, но тут же умолк, стиснув челюсти.
— В общем, дача что надо, — сказал он, внимательно присматриваясь ко мне.
— А кровати удобные? — поинтересовался я.
Он подался туловищем вперед и улыбнулся:
— А как насчет того, чтоб в зубы?
Я уставился на него, разинув рот:
— Не понял юмора, — сказал я. — При чем тут мои зубы?
— А почему я должен знать, какие там кровати? — прорычал он, слегка сгорбившись, примеряясь достать меня жестким правым, если разговор будет серьезный.
— Не знаю, почему бы вам этого и не знать, — сказал я. — Да я и не настаиваю — сам могу это выяснить.
— Ну да, — с горечью сказал он, — думаешь, я не учую легавого с первой же минуты? Да я с ними в прятки играл в любом штате, какой ни возьми. Плевал я на тебя, друг любезный. И на Кингсли тоже. Так он, значит, нанимает легавого проверить, не ношу ли я его пижаму, так что ли?
Слушай, как тебя там, у меня, может, нога не гнется и все такое, но уж бабья я мог иметь…
Я протянул ему руку, от души надеясь, что он не оторвет ее и не зашвырнет в озеро.
— Тебя куда-то не туда занесло, — сказал я ему. — Я приехал сюда не для того, чтобы расследовать твою любовную жизнь. Я в жизни не видел миссис Кингсли. И мистера Кингсли я сегодня утром увидел в первый раз в жизни. Какого же черта ты вдруг завелся?
Он потупился и яростно, словно желая причинить себе боль, провел по губам тыльной стороной ладони. Потом поднял руку на уровень глаз, с силой сжал ее в кулак, разжал и посмотрел на пальцы. Они слегка дрожали.
— Извиняюсь, мистер Марлоу, — медленно произнес он. — Я прошлый вечер малость перебрал и с похмелья места себе не нахожу. Я уже месяц кукую здесь один и до того дошел, что уже сам с собой разговариваю. Хреновое дело со мной приключилось.
— Выпивка в этом деле не поможет?
Его глаза взяли меня на прицел и жадно заблестели:
— А есть?
Я извлек из кармана свою пинту ржаного виски и показал ему зеленый ярлык на колпачке.
— Нет, я этого не заслуживаю, — сказал он. — Видит Бог, не заслуживаю. Подождите, я стаканы принесу. А то, может, в дом зайдете?