— Он не прервется. Обещаю тебе, — однако очевидное беспокойство Ходжа лишь усугубило напряженность Хэла. — Ты же видел, как долго я готовился к обряду. Все будет хорошо.
— Как скажете, господин, — несчастно кивнул домовой.
— Ни о чем не беспокойся, — Хэл похлопал его по плечу. «Моего беспокойства хватит на нас обоих». — Теперь я пойду спать. Не готовь мне завтрак, хорошо?
— Как скажете, господин. Добрых снов.
— И тебе, Ходж.
Убедившись, что Бастер спит в своей корзине, Хэл выпил несколько капель валерьянки и отправился в постель. Ему требовалось хорошенько выспаться, и лучше бы не терзаясь обычными кошмарами.
Ева посмотрела на него и рассмеялась.
— Ты кто?
Облизав губы, Хэл заставил себя повторить.
— Я — колдун.
— Хэл, — она покачала головой с прежними искрами веселья в глазах. — Костюм для Хэллоуина? Ты же говорил, что не празднуешь и не переодеваешься.
— Вот поэтому.
Она посмотрела на него из-под длинных ресниц — темных вееров на фоне бледной кожи.
— Вот поэтому что?
Хэл тяжело вздохнул и положил ладони ей на плечи. Даже сейчас неверие на ее лице смешивалось с недоверием. Ева до сих пор считала их разговор какой-то праздничной шуткой.
— Я не наряжаюсь на Хэллоуин, потому что колдуны его не празднуют.
Повисла долгая тишина, и все веселье Евы испарилось.
— Ты… на самом деле считаешь себя колдуном.
— Не считаю. А являюсь им. Хочешь доказательств?
Она нахмурилась. Неужели Ева все еще подозревала его в розыгрыше? Или, вероятно, сочла, что мужчина, с которым она встречалась уже год, оказался душевнобольным или просто сумасшедшим. Оба варианта были правдоподобнее реальной магии.
— Ладно. В таком случае, докажи мне, — она очаровательно выпятила подбородок, как и всегда, бросая вызов.
На их первом свидании Ева сделала точно так же, когда Хэл, наконец, выболтал, что хочет спросить ее кое о чем. Вместо того чтобы рассмеяться — как он ожидал — она просто сказала: «Если хочешь, спрашивай».