- Да что с вами? Что?
- Да ведь нас весь рынок дураками почтил!
- Да вы в каком ряду стояли?
- Как в каком? В кожевенном!
- А я в галантерейном.
Братья на другой день в галантерейном стояли. Публика ходит чистая. Барыни братьев ругают, городовые их гонят.
Один кто-то спросил опять:
- Да почём шкура-то?
- А вот третьего дня за маленькую шкурёнку пятьсот давали, дак уж у нас неужели дешевле!
Тут уж их в шею натолкали. До самой заставы с присвистом гнали. Кричат мальчишки:
- Самашеччих везут! Самашеччих везут!
Прикатили братья домой, кони в мыле.
- Подать сюда злодея, всегубителя, разорителя!..
Не успел Шиш увернуться. Бочка во дворе стояла. Шиша в неё заколотили, да с берега в реку и ухнули. Пронесло бочку с версту, да к берегу и прикачало.
Шиш и слышит, что по берегу кто-то с колокольчиком едет. Шиш и заревел:
- О-о-о! Ни читать, ни писать, ни слова сказать, а в начальники ставят!
А с колокольцем-то ехал становой с бедной деревни подати выколачивать. Он с тройки да под угор:
- Я знаю читать, и писать, и слово сказать! Я в начальники годен. Кто здесь?
- Я! В бочке сижу.
Становой дно выбил. Шиш вылез.
- В начальники силом ставят, а я бы другому уступил.
- Возьми отступного. Я в начальники горазд.