- На! Барыне оставь!
А сама от окна - и ходу задала.
Ну, её Шиш на Русь вывел.
Этот баринок окошко захлопнул, скребёт затылок, а барыня уж с перины ссыпалась:
- Тебе что дали?
- Как - что дали?..
- Я слышала, сказали: «На, барыне оставь».
- Ничего мне не дали!
- Как это ничего? Давай, что получил.
- Плюху я получил.
- Плюшечку? Какую? Мяконьку?
- Вот какую!
И началась тут драка.
Только перья летят.
Вот что Шиш натворил.
Вот отец пристарел. Братья волю взяли, дом на себя и скот на себя отобрали. Отцу говорят:
- При твоём худом здоровье первое дело - свежий воздух. Ты теперь ночуй в сарае, а день гуляй по миру. Под одним окошечком выпросишь, под другим съешь.
А Шишу дали коровку ростом с кошку, удоя с ложку:
- Вот это тебе, братец, наделок. И вообще - люби нас, ходи мимо.
Отец сидит на крыльце, не смеет в избу зайти. У Шиша в сердце как нож повернулся. Он отца в охапку:
- Тятенька, давай заодно жить! Есть - пополам, и нет - пополам. А братцам дорогим я отсмею насмешку, припасу потешку!.. Тятенька, ты меня дожидайся, а я пойду эту коровёнку продавать.
Шиш лесом идёт, а дело к вечеру. И гроза собралась, близко громыхнуло. На ночь мокнуть неохота, Шиш и сунулся в боковую тропиночку, в дебрь, где бы лесину, ель погуще найти. Он в лесу не боится. Шагов сотню скупил - в ельнике дом стоит. Еле доколотился.