– Что, тебе неизвестен знаменитый Ферван? Ты не слышал о больших городах – Импрегосе, Таруве, Равержанде? А как насчёт великолепного Семберса? Неужели до тебя не дошла слава Семберса? Его жители изгнали звёздных пиратов; они привели море в землю Патформ; дворец Падагара ни с чем не сравним!
Кьюджел печально покачал головой.
– Никакой слух об этом великолепии не дошёл до меня.
Старик мрачно дёрнул носом. Ясно, что Кьюджел придурок. Он коротко заявил:
– Дела обстоят именно так, как я сказал.
– Нисколько не сомневаюсь, – ответил Кьюджел. – Наоборот, я признаю своё невежество. Но расскажи мне ещё, потому что, возможно, мне придётся надолго задержаться в этом месте. Например, что за крылатые существа живут в скалах? Кто они такие?
Старик указал на небо.
– Если у тебя зрение ночного титвита, ты можешь увидеть тёмную луну, вращающуюся вокруг земли; иначе её можно заметить, только когда она отбрасывает свою тень на солнце. Крылатые существа – жители этого тёмного мира, и их подлинная сущность неизвестна. Они следующим образом служат великому богу Элессию: когда мужчине или женщине приходит время умирать, крылатые существа извещаются об этом отчаявшейся норной умирающего. Тогда они спускаются к несчастному и уносят его к пещерам, которые в сущности представляют собой волшебный проход в благословенную землю Биссом.
Кьюджел откинулся, вопросительно поднял брови.
– Вот как! – произнёс он голосом, в котором старик почувствовал недостаток энтузиазма.
– Нет никакого сомнения в истинности изложенных мной фактов. Ортодоксия основана на аксиоматическом фундаменте, и две эти системы взаимно укрепляют друг друга; поэтому они вдвойне подтверждены
Кьюджел нахмурился.
– Все, несомненно, обстоит именно так, как ты утверждаешь. Но соблюдают ли крылатые существа точность в выборе своих жертв?
Старик раздражённо постучал по столу.
– Доктрина неопровержима, потому что те, кого уносят крылатые существа, никогда не остаются в живых, даже если у них отличное здоровье. Конечно, падение с большой высоты на камни вызывает смерть, но милость Элессия в том, что он предпочитает быструю смерть возможной медленной ужасной гибели от рака. Система обладает высшим милосердием. Крылатые существа призывают только умирающих, которые затем через волшебное отверстие проходят в благословенную землю Биссом. Бывает, что еретики возражают против ортодоксальной точки зрения, но, я надеюсь, ты разделяешь ортодоксальный взгляд?
– От всего сердца, – подтвердил Кьюджел. – Догматы твоей веры поразительно доказательны. – И он отпил своего вина. Не успел он поставить свой кубок, как в воздухе зазвучала музыка: аккорд бесконечно сладкий, бесконечно печальный. Все сидящие под навесом смолкли, хотя Кьюджел не был уверен, что на самом деле слышал музыку.
Старик слегка съёжился, отпил из своего кубка. Только потом он взглянул вверх.
– Как раз сейчас над нами пролетело крылатое существо.
Кьюджел задумчиво потянул себя за подбородок.
– А как защититься от крылатого существа?
Вопрос оказался неуместным; старик посмотрел на него сердито и при этом загнул вперёд уши.
– Если человеку предназначено умереть, появляется крылатое существо. Если же нет, ему нечего бояться.
Кьюджел несколько раз кивнул.
– Ты разрешил моё затруднение. Завтра – поскольку у меня отличное здоровье – давай пойдём к холмам и прогуляемся взад-вперёд.
– Нет, – ответил старик, – и вот по какой причине: воздух на такой высоте вреден для здоровья; там можно надышаться ядовитых испарений, что может подорвать здоровье.
– Понимаю, – сказал Кьюджел. – Давай оставим эту печальную тему. Пока мы здоровы, и вино здесь отличное. Давай есть, пить и наблюдать за веселящимися. Молодые люди танцуют очень живо.
Старик осушил свой кубок и встал.
– Поступай как знаешь; а у меня время ритуального унижения; этот акт представляет собой неотъемлемую часть нашей веры.
– Время от времени я тоже совершаю нечто подобное, – сказал Кьюджел. – Желаю тебе насладиться вашим обычаем.
Старик покинул навес, и Кьюджел остался в одиночестве. Вскоре вокруг него собралась любопытная молодёжь, и Кьюджел снова объяснил причину своего появления, хотя на этот раз не подчёркивал варварской сущности своей родины: среди подошедших было несколько девушек, которые привлекали Кьюджела экзотическим цветом кожи и живостью поведения. Принесли ещё вина, и Кьюджела уговорили присоединиться к прыгающим, подскакивающим местным танцам, которые он исполнял без всяких колебаний.
Танец сблизил его с особенно привлекательной девушкой, которая сказала, что её зовут Зиамла Враз. В конце танца она обняла его за талию, отвела к столику и села ему на колени. Никто из окружающих не проявил неодобрения этим поступком, и Кьюджел приободрился ещё больше.
– Я не получил комнату для ночлега; может, заняться этим, пока ещё не поздно.
Девушка подозвала хозяина.
– Нет ли у тебя комнаты для этого незнакомца с вырубленным лицом?
– Есть; сейчас покажу.
Он отвёл Кьюджела в приятную комнату на первом этаже, в которой находились кровать, комод, ковёр и лампа. На стене шпалера с пурпурно-чёрной вышивкой; на другой изображение исключительно некрасивого ребёнка, заключённого в прозрачный шар. Комната Кьюджелу понравилась; он заявил об этом хозяину и вернулся под навес; веселящиеся начали расходиться. Девушка Зиамла Враз, однако, не ушла и приветствовала Кьюджела с теплотой, которая рассеяла его последние сомнения. Выпив ещё вина, он склонился к её уху.
– Может, я слишком поспешен; может, слишком тщеславен; возможно, нарушаю правила приличия – но почему бы нам не пойти в мою комнату и не позабавиться?
– Действительно, почему бы и нет? – ответила девушка. – Я не замужем, а до того времени по нашим обычаям я могу вести себя, как хочу.
– Прекрасно! – воскликнул Кьюджел. – Хочешь, чтобы я пошёл вперёд, а ты тайком за мной?
– Мы пойдём вместе; нет причин скрываться.
Они вместе пошли в его комнату и предались эротическим упражнениям, после чего Кьюджел в полном истощении уснул. День у него выдался напряжённый.
Ночью он проснулся и увидел, что девушки нет, но в сонном состоянии не придал этому значения и снова уснул.
Его разбудил звук гневно распахнутой двери; он сел на кровати и увидел, что солнце ещё не встало; на него с ужасом и отвращением смотрит группа, возглавляемая стариком, с которым он разговаривал накануне.
Старик дрожащим пальцем указал на него.
– Мне показалось, что я узнал еретика; теперь это несомненно. Он спит, не укрывая головы, и на его подбородке нет священной мази. И девушка Зиамла Враз сообщила мне, что во все время их свидания он ни разу не попросил благословения Элессия!
– Несомненно, ересь! – провозгласили остальные.
– А чего ещё ждать от чужеземца? – презрительно спросил старик. – Смотрите: даже сейчас он не делает священного жеста.
– Я не знаю никакого священного жеста! – убеждал Кьюджел. – Не знаю ваших обрядов. Это не ересь, а простое невежество!
– Не верю, – сказал старик. – Только вчера вечером я посвятил тебя в основы ортодоксии.
– Положение серьёзно, – послышался чей-то зловещий голос. – Ересь существует только из-за гниения Мочки Правильности.
– Это непоправимое и непростительное преступление, – подхватил другой, не менее зловещий голос.
– Верно! Увы, верно! – вздохнул один из стоящих у двери. – Несчастный!
– Пошли! – сказал старик. – Придётся заняться этим делом немедленно.
– Не беспокойтесь, – ответил Кьюджел. – Позвольте мне одеться, я покину ваш посёлок и никогда не вернусь в него.
– Позволить тебе распространить повсюду твою еретическую доктрину? Ни в коем случае!
Кьюджела схватили и, голого, потащили из комнаты. Его провели по парку к центральному павильону. В центре павильона находилась ограда из деревянных стволов. Открыли отверстие в этой ограде и бросили туда Кьюджела.
– Что вы делаете? – закричал он. – Я не участвую в ваших обрядах!
На него больше не обращали внимания, и он стоял, глядя в промежутки между столбами, а жители деревни запустили большой шар из зеленой бумаги, наполненный горячим воздухом; под шаром висели три зелёных фонаря.
На востоке посветлело. Жители деревни, устроив все к собственному удовлетворению, отошли к краю парка. Кьюджел попытался перебраться через загородку, но столбы были так сделаны, что ухватиться за них невозможно.
Небо посветлело; высоко вверху горели зеленые фонари. Кьюджел, покрывшийся мурашками от утренней прохлады, ходил взад и вперёд по своей клетке. Он остановился, когда сверху послышалась музыка. Она становилась все громче, достигая самого порога слышимости. Высоко в небе появилось крылатое существо, его белая одежда колыхалась на ветру. Оно начало спускаться, и Кьюджел застыл.
Крылатое существо повисло над клеткой, опустилось, завернуло Кьюджела в свою белую одежду и попыталось подняться. Но Кьюджел ухватился за столб, и существо напрасно хлопало крыльями. Столб трещал, стонал, скрипел. Кьюджел пытался выпутаться из душивших его белых одежд и изо всех сил цеплялся за столб; столб треснул и раскололся, Кьюджел схватил обломок и ударил крылатое существо. Острый осколок порвал белый плащ, и существо ударило Кьюджела крылом. Кьюджел ухватился за одно хитиновое ребро и могучим усилием прогнул его назад, так что оно лопнуло, и крыло оказалось порвано. Крылатое существо в ужасе подпрыгнуло, тем самым вынеся Кьюджела за пределы клетки, и поскакало через деревню, таща за собой сломанное крыло.