— Можно без поводка — разрешил парень псу.
— Гав, — низким голосом, гавкнул недовольно Малыш, положив поводок к ногам, а затем, снова взял в зубы и отнес его на стул.
— Нет, если я тебя сразу не предупредил, так я что, тормоз, по-твоему? — Вадим, казалось, обиделся.
Малыш низко рыкнул и принялся хватать зубами за ступни парня. «Ладно, ладно пойдем. А то все кроссовки сейчас испортишь» — попятился Вадим, и парочка направилась к дверям.
— Иван ты чего? — спросил Алексей, заметив немую сцену на моем лице.
— Блин, совсем как человек, — улыбаясь, ни мало удивленный, ответил я.
— А, он итак член нашей, «семьи», скажем так. Просто они с Вадимом как дети малые. Вечно, то место переднее в машине не поделят, то телевизор.
— Телевизор? — не понял я.
— Ну да, — усмехнулся Алексей. — У Малыша тоже любимые передачи есть. В основном про животных. Особенно канал Дискавери.
— Охренеть можно, наверно Вадиму часто уступать приходится.
— Ну, вообще-то, да. — Алексей с улыбкой кивнул. С улицы раздался веселый лай Малыша.
— Ладно, отвлекся я, — Алексей посмотрел на меня, затем он заглянул в недра журнального столика и извлек оттуда DVD-диск, — Ты когда-нибудь слышал про язычника?
— В смысле фильм, что ли? — не понял я.
— Фильм, да нет, это не фильм, — задумчиво ответил Алексей, прищурив глаза и глядя куда-то вниз мимо меня. Казалось он, что-то вспоминает. Что-то далекое, чего уже нельзя вернуть. — Скорее это жизнь Иван.
— Я уже вообще ничего не понимаю. — Я несколько растерянно смотрел на Алексея.
— Язычник — это человек. Со своей историей, своим прошлым. Ну, так, слышал?
— Нет, — я покачал головой.
— Ладно, смотри. — Алексей поднялся и, подойдя к DVD плееру, отправил туда диск.
Я приготовился к просмотру какого-нибудь фильма, однако ничего не происходило. Вместо этого на экране огромного телевизора, стоящего на отдельной подставке, на высоте примерно в метр от пола, начали появляться какие-то вырезки из газет.
На этих вырезках, некоторых из них, были черно-белые фотографии, изображающие какие-то покалеченные трупы. Крупным шрифтом над фотографиями то над одной то над другой, иногда проскакивали заголовки: «Язычник на тропе войны», «Убийство лидера секты БЕЛЫЙ СТРАЖ», «Кто дал тебе право?»
— Зачем тебе это? — я удивленно смотрел на мигающие кадры. Вскоре снимки кончились и экран замер. Со снимка на меня смотрел обугленный череп своими пустыми, черными глазницами. Часть черепа не успела до конца обгореть. Были видны куски кожи, запекшаяся кровь. Кусок обгоревшей губы приподнят, обнажая неровный ряд зубов. Меня переморщило.
— Верю, что не приятно, — Алексей выключил DVD.