– Наверное? Видимо, есть над чем подумать, Владислав Андреевич?
Он расплылся в улыбке и, поднимаясь по лестнице, обернулся и подмигнул. Его ехидная улыбка выдавала то, что он попал в точку.
Покачав головой, я побрел в свое отделение.
На следующий день после работы решил зайти к Вике. Мы не виделись уже неделю, и она слезно просила прийти. Ее родители, вместе со старшим братом Ярославом уехали отдыхать на море, оставив ее присматривать за их трехэтажным частным домом, расположенным неподалеку от центра города. Викина мать работала в налоговой инспекции, проводила проверки бухгалтерской документации на предприятиях. Занятие, судя по всему, прибыльное. Родители не реже одного раза в три месяца ездили на отдых и часто за границу.
У отца была своя консалтинговая фирма, которая приносила неплохой доход. Достаток семьи заключался не только в шикарном доме и поездках, но и в подарках. Когда Вике исполнилось восемнадцать, родители подарили ей иномарку. Но Вика необычна не только внешним видом, но и характером. Она убеждена в том, что женщине не место за рулем. Машиной завладел Ярослав - разбалованный парень, не знающий страха.
Задумавшись, не замечая никого вокруг, я шел к ее дому по асфальтированному тротуару. Сумерки опускались на утопающий в зелени город. Прохладный свежий воздух наполнял легкие. Я дышал полной грудью, чувствуя прилив сил после долгого рабочего дня. Шелест листвы успокаивал натянутые нервы, помогая выкинуть из головы проблемы пациентов.
Прохожих становилось все меньше на моем пути. Но одиночеством я наслаждался недолго. Почувствовал прикосновение на плече. Обернулся.
Передо мной стояла сгорбленная старуха в черном оборванном платье. Ее дрожащая костлявая рука так и держала меня за плечо. Я растерялся. Своим видом она внушала отвращение и страх. А абсолютно белые глаза без зрачков поразили до потери речи.
– Ты остановишь апокалипсис, – хрипло прошипела она, опуская руку.
– Что? – переспросил я, теряясь в пространстве.
– Не торопись. Подождешь один день и будешь счастлив, – продолжила она. Кашлянула, отвернулась и поковыляла в обратном от меня направлении.
Я долго смотрел ей вслед, пока старуха не скрылась из вида. Оправившись от шока, побрел дальше. По пути старался рассуждать логически.
Что за один день? Какой апокалипсис? Какая-то сумасшедшая! Мне удалось выкинуть этот бред из головы, только когда подошел к дому Вики. Но мурашки изредка пробегали по коже.
Вика встретила меня, как всегда, оригинально. Прозрачное черное белье и высокие, до колена лаковые сапоги, такого же цвета. У Вики было столько белья, что я никогда не видел на ней два раза один и тот же комплект.
Она пальцем поманила меня к себе и облизнула губы. Я прижал ее хрупкое тело и поцеловал в шею. Девушка тяжело задышала и обхватила меня ногами, запуская руку в волосы.
Я отнес Вику на кровать и закрыл ее телом. Девушка срывала с меня одежду, прикрывая глаза и выгибаясь вперед.
Черные стринги упали на пол. Я провел рукой по ее бедру и вжался пальцами в кожу. Она вскрикнула, поглаживая себя по груди. Настал миг, когда я больше не мог ни о чем думать. Дикое желание слиться с ней завладело разумом.
Вика забросила ноги мне на плечи, толкая бедра вперед. Больше не мог терпеть. Кровать заскрипела от толчков.
Чувство опустошенности поселилось внутри. В последнее время я ловил себя на мысли, что после постели с Викой, я чувствовал отвращение, поэтому приходил так редко. Только для того, чтобы удовлетворить потребности. Это ненормально. Лев Николаевич прав. Хватит себя обманывать. Не осталось и толики любви. Единственное, что меня останавливало от кардинального решения - жалость.
Мы сидели на заставленной экзотическими цветами веранде и пили кофе.
– Посмотри, какое красивое!
Вика указывала на картинку из глянцевого журнала своими тонкими, с идеальным маникюром ноготками.