Как только они причалили, Мария почувствовала удивительное гостеприимство, с которым ее встречали.
Маленький порт был украшен пестрыми флагами, народ собрался со всей окрути, окружив порт. Они кричали:
— Да здравствует маленькая королева.
Говоря это, они следовали приказу короля, который сказал:
— Поприветствуйте маленькую королеву, словно она уже моя дочь.
Люди увидели девочку — столь маленькую и грациозную — в окружении своих четырех подруг, облаченных в меховые пелерины. Зрелище очаровало их.
— Да здравствует маленькая королева! — кричали они.
Мария, чувствуя их обожание, улыбалась и столь обворожительно кивала им, что толпа почти ревела, приводя ее в восторг.
Ее шествие по земле Франции началось. Из Роскова процессия двинулась в Нант. Иногда Мария ехала верхом на маленькой лошади, иногда путешествовала в повозке; и в каждом городе, который они проезжали, Марию встречали с тем же радушием. Привычная к чопорности собственного Двора, Мария была очарована жизнерадостностью французов и их готовностью поднять бокалы за здравие маленькой королевы. Они стремились обернуть ее краткое пребывание в любом городе в празднество.
В Нанте их ожидало ярко разукрашенное судно. В предвкушении роскошного речного маскарада Мария с придворными отправились вверх по течению Луары через деревеньки и виноградники Анжу и Турени, а люди стояли вдоль берегов, выкрикивая приветствия. Когда она покинула судно и вновь уселась в повозку, вокруг столпились люди. Их глаза сияли, и смех кипел на губах. Ей подумалось, что французы — самый жизнелюбивый народ на свете. И как она могла тосковать по дому с этими замками, похожими больше на тюрьмы? А здесь люди были не только жизнерадостны, но и дружелюбны. Царила непринужденная атмосфера, где виноградари, мастеровые и пухлые деревенские женщины объединились в веселье.
Она никогда ничего подобного доселе не видела и была в восхищении от французов, впрочем, как и они от нее.
Но, когда они сошли в Турени на берег, путешествие стало более соответствовать королевскому. Здесь ее ожидали Клод де Гиз, ее дед, и ее бабка — в девичестве Антуанетта де Бурбон.
Эти важные персоны церемонно встретили Марию, но, оставшись наедине, бабка усадила Марию к себе на колени и обняла.
— Ты, конечно, чудное дитя, — сказала она.
Ее глаза засветились, как и у ее мужа, в радости за такое богатство могущественного рода де Гизов Лотарингских.
— Я напишу и скажу твоему дяде Франсуа. Он будет любить тебя, — обратилась к ней бабка.
— А разве мой дядя Франсуа еще не здесь, бабушка?
— Нет, дитя мое, он занят делами королевства. Но зато здесь его братья. Они все будут в восхищении от тебя, узнав, какая ты милая маленькая девочка.
Ее дед тоже поговорил с ней. Он напомнил, что она не только королева Шотландии, но и член королевского дома де Гизов Лотарингских.
— Мы держимся все вместе, моя маленькая. Один — за всех и все — за одного. Это правило нашей семьи. Скоро ты встретишься со своими дядями. Твой дядя Шарль возьмет тебя под свое крыло.
Мария внимательно слушала. Она уже слыхала многое об этом от своей матери.
Антуанетта де Бурбон прибыла в Орлеан со своей свитой по реке, где они высадились на берег, и продолжили путь по дороге через Шартрез.