— Вот именно. Тебе жалко. А ты не жалей. Нервируй Мелёшина.
— Ролевые игры не помогут, — заныла я. — Он берет измором. А я перестану себя уважать, если соглашусь с ним. И пожалею не раз. Откажусь от щита сейчас — сдамся в другой ситуации.
Вива походила вокруг меня.
— Ладно. Придется делать задом наперед. Не думала, что всё запущено. Есть у меня одна идея. Нужно переключить внимание Мелёшина на другое. Выбить из него дух.
Когда я услышала идею стилистки, дух выбился из меня.
— Он не купится! И убьет, когда узнает!
— Не убьет. Решайся. Иного выхода не вижу. Сглупила сразу, а теперь своего не добьешься.
Мне деваться некуда. Теперь поздно подлизываться, да и унизительно. Каждый из нас пошел на принцип.
Оставалось дело за деталями.
Пунктом первым я направилась в гости к Алессу, его дверь — третья, если считать от нашей квартирки. Вдруг Рыжего нет дома? Тогда план насмарку. Можно звонить Мэлу и признаваться: «Твоя взяла. Сдаюсь».
Ура! Парень, как и я, прогуливал занятия, предпочтя любимый дом институту. Он вышел в коридор, и в приоткрытую щель мелькнуло убранство жилища. Нифигасс, одинокий юноша занимает роскошную хату! Видно, он имел немалые связи в правление тётки-вехотки.
— Привет. Мне нужно снадобье, чтобы изменить голос.
Рыжий поглядел на меня как на полоумную, зато ответил по существу:
— Понизить или повысить?
Куда уж выше? Выше только дискант.
— Понизить. И чтобы с хрипотцой.
— Есть контральто с миопатическим парезом гортани.
Я ничего не поняла, но согласилась:
— Ага.
— Пятьсот висов. Сто миллилитров. Действует час, начало — через пять минут после принятия. Придешь послезавтра.
Часа вполне достаточно, а сроки поставки не устраивают.
— Эй, мне нужно сегодня, — застопорила я носком туфли закрывающуюся дверь.