- Бери выше, я уже целый подпол! - так же на русском ответил Михайлин и довольно сграбастал мужика, крепко сдавив. Тот охнул, хрустнул костями, но даже и не попытался как-то освободиться. Понимал, что это бесполезно. Вырваться из лап гиганта было невозможно.
- Идем, идем, - пролепетал он на своем и помахал рукой, призывая следовать за собой. - Идем, тафарис маё.
Он привел их в поселение. Усадил за "стол", навалил богатого угощения и нацедил свежайшей, только что созревшей браги. Гости без опасения выпили все что им предложили и обильно закусили. Вождь был откровенно рад. Их приход был чем-то сродни празднику. Когда стало темнеть, запалили высокий костер и зрелые бабы, затянув песню, закружили хоровод. Запрыгали вокруг, вовлекая в танец сначала женщин помоложе, а затем и юных, едва достигших половой зрелости, девочек. И водили хоровод, крутили бедрами и стреляли блестящими глазами в мужиков, соблазняя. Впрочем, те, цедя брагу и искоса поглядывая на женщин, не особо-то и соблазнялись. Лишь двое или трое из них, поддались на провокации и исчезли в темноте жилищ.
Офицеры давно были привыкшие к подобным зрелищам. И их тоже соблазняли, пытаясь обновить кровь племени, подсовывая самых красивых и юных девочек, но они не искушались, брезгуя. С интимной гигиеной в племени дела обстояли совсем плохо.
Проснулись офицеры с утра, как и полагается, с сильным похмельем и неутолимым чувством жажды. Но в этот раз все оказалось не так плохо - таблетки, сунутые под язык, поправили дело и оба они, выйдя на свет божий, почувствовали себя более или менее нормально.
- Хорошо? - по-русски попробовал спросить вождь.
- Хорошо, - кивнул Вольгин, ладонью смахивая с лица какую-то паутинку. - А ты как?
- Хорошо, хорошо, - закивал тот и показав кривым пальцем куда-то в сторону, произнес: - Не хорошо.
Вольгин повернул голову. Сначала не понял, на что показывал вождь, а затем разглядел. Там, из-за могучего ствола дерева, где отдыхал трак, доносилась отборная крепкая брань. Михайлин в голос матерился и долбил по железу кулаком. Вольгин подошел к нему и обеспокоенно спросил:
- Что случилось?
- Зараза! - эмоционально ответил друг и саданул ботинком по стальному бамперу. - За ночь разрядили нам аккумуляторы в хлам. Понажимали чумазые кнопочки, блин. Всё, приехали! Пешком будем возвращаться.
Трак действительно стоял мертвый. Мертвый до такой степени, что даже индикация разряда не работала.
- А почему бы не вызвать сюда другой транспорт?
- Нинка не отвечает, - дернулся друг. - Как будто связи с ней нет.
- Как это возможно? Такое может быть?
- Оказывается может. Я думал, что и у меня передатчик сдох, но нет, он работает. А Нинка на прием не выходит. Черт знает, что там произошло.
- Так может ее отключили уже? К транспортировке подготовили?
- Нет, Нинку должны отключать в самую последнюю очередь. Тут что-то другое.
Вольгин нахмурился.
- Пешком идти надо.
- Понадобится десять часов, не меньше.
- Ну и что? Есть другие варианты?