— Рутвен!
Рутвен нерешительно вошел в комнату. Он остановился перед ней и опустился на колени.
— Ваше отношение ко мне изменилось, раз вы пришли сюда со своими друзьями-предателями.
Он поднял глаза к ее лицу, и теперь она поняла их выражение. Это рассердило ее, и в то же время она почувствовала ликование. Доведенная до отчаяния, она забыла о силе, которой всегда обладала, делая мужчин своими рабами. Рутвен встал на ноги.
— Ваше величество, — сказал он, — если бы вы только знали, как я страдал из-за моего участия в этом!
Мария отвернулась от него и села возле окна. Рутвен обратился к ней:
— Ваше величество, не показывайтесь стражникам. Будет лучше, если нас не увидят… вместе.
— Вы хотите что-то сказать мне? — спросила она, встав и отойдя в ту часть комнаты, которая не была видна снаружи. Рутвен принес стул, и она села.
— Я могу ездить туда и обратно между материком и замком, ваше величество, — сказал он.
Ей захотелось громко рассмеяться. Разве она не знала, что ей предложат какой-нибудь способ побега?
— И у меня есть друзья на материке… — прошептала она.
— Сетон, Флеминг, Геррис… — перечислил он.
— Хантли, — добавила она. — Ботуэлл.
— Они на севере, ваше величество. Есть другие, ближе… недалеко от этого острова, на материке за озером.
— И у вас есть план, как помочь мне убежать из этой тюрьмы?
— Нет… пока нет, ваше величество. Я хотел поговорить с вами о таком плане.
— Сначала скажите мне одну вещь. Почему вы решили перейти на другую сторону?
Рутвен молчал. Он был родственником Дарнли и присоединился к тем аристократам, которые решили отомстить за убийство. Он выступал против королевы у Карберри Хилл. Ее противники посчитали его в достаточной степени ее врагом, чтобы поручить ему и Линдсею препроводить ее из Эдинбурга в Лохлевен. А теперь он был готов предать своих друзей ради нее.
Она должна быть осторожной. Но поскольку существовало так много мужчин, готовых служить ей, то она задала этот вопрос Рутвену только для того, чтобы он мог подтвердить то, что, как ей казалось, она и так знала.
— Мне было очень больно видеть, как обращаются с вами, ваше величество.
— Но вы не подали и виду, когда Линдсей держал шпагу у моего горла.
— Если бы он попытался причинить вам зло, я убил бы его. Я сдержал своей гнев, потому что решил, что смогу лучше услужить вам тайно.