Она коротко взглянула на меня и отвернулась. Потом посмотрела еще раз, уже более внимательно. У нее были грубоватые черты лица, не лишенные, однако, как говорят, некоторой привлекательности.
- На работу поступать?- спросила она.
Я кивнула.
- Кем?
Я сказала.
- Документы с собой? Ну-ка, покажи.
Голос у нее был глуховатый, решительный, разговаривая, она глядела прямо в глаза. Это мне понравилось, и я простила ей грубоватое «ты», не показавшееся мне ни пренебрежительным, ни обидным.
Я вынула из сумочки трудовую книжку. Моя соседка прочитала единственную запись.
- Пойдешь ко мне работать? Склад № 8. Галантерея, иногда немного мебели, готовое платье. Словом - пересортица разная. Заранее скажу, складик скромный. А ты, может, с ЦУМа хочешь начать?
- Нет, зачем же,- улыбнулась я.
- Складик хотя и маленький, но без товароведа трудно. Был у меня мальчик из профучилища, да слабоват оказался. Драп от сукна отличить не мог. Влетела я с ним в историю, на полторы тысячи. Кое-как уладили. Мало что платить, позору еще сколько, что там ни говори- растрата. Вот, последний оправдательный акт на подпись принесла. А своего товароведа на склад игру-шек отправила. Куклы, лошадки, автоматы - там не спутается. Так одна и тяну. Ты пока к Королеву не ходи, меня подожди, вместе пойдем на мой склад. Сама посмотришь. Понравится - я тебя оформлю.
- А где ваш склад?
- Ты же нездешняя, чего тебе говорить, все равно город не знаешь. В Дзержинском районе, словом.
Главный склад Торга тоже находился в Дзержинском районе. Пожалуй, лучшего мне пока нечего было и искать. Я согласилась. Моя собеседница предусмотрительно сунула мою книжку в свой портфельчик.
- Чтобы не убежала,- пошутила она.
Секретарша за столом подняла голову от бумаг и уставилась на кого-то. Я повернулась тоже. И увидела Аллахову.
Кто-то окликнул заведующую Главным складом Торга из коридора, и она остановилась в дверях.
Правда, фотограф убрал морщинки и возле глаз, и возле губ, но полковник Приходько был прав - выглядела Аллахова весьма привлекательно. И одета была со вкусом. Фигура у нее тоже была хорошая.
Она кивнула кому-то в коридоре, подошла к секретарше.
- Люся, Аркадий Игнатьевич у себя?
Голос у нее был бархатный и небрежный. На нас, сидящих в ожидании приема, она даже не взглянула, прямо пошла к дверям кабинета. В это время навстречу ей из кабинета боком выбрался тучный мужчина, черноволосый и толстогубый. Он масляно улыбнулся Аллаховой.
- Светлана Павловна, рад видеть!