Вскоре мне довелось понаблюдать уже за боевой работой операторов РЛС. Сидевший рядом конструктор пытался шепотом объяснять мне суть действий, но, даже несмотря на такой "сурдоперевод", происходящие события все-равно выглядели для меня камланием и гаданием на кофейной гуще. Ну представьте — операторы, как диджеи, постоянно колдуют над множеством верньеров и тумблеров, всматриваются в экраны, на которых высвечиваются какие-то коротенькие дуги, пятна, импульсы — и еще умудряются на основе этого произносить какие-то осмысленные фразы, делать выводы, планировать дальнейшие действия… Колдуны.
— Ну что там?
— Да пока непонятно… дуга яркая и длинная… сейчас попробую развернуть на дальномерном экране. — сержант Михаил Сивобородов защелкал переключателями, выгоняя развертку на нужную дистанцию.
На обзорном экране действительно отражалось несколько дуг — чуть смещенные, следовавшие друг а другом на расстояниях от миллиметра до двух сантиметров. Все потому, что пока цель находится в створе луча антенны, от нее будет идти сигнал. Так как наши антенны имели направленность по вертикали пять-семь градусов, то вот эти пять-семь градусов и высвечивались на экране от каждой цели, пока антенна проходит через нее. Сейчас станция уже три минуты была переведена в режим ручного сопровождения, и операторы, играясь настройками облучения и фильтрации, вынюхивали обнаруженную ранее в режиме обзора цель. Цель вроде бы была жирной, но летела почти по касательной к пределу видимости радара, поэтому было трудно определить, что же там такое. Штаб уже поднял две пары — чисто на всякий случай — вдруг массовый налет, но пока не спешил поднимать дополнительные силы — все-таки каждый подъем истребительного полка, а тем более дивизии, вылетал в ощутимые расходы по топливу и моторесурсу, поэтому было принято решение подождать еще три минуты — пока скорость смещения отметок говорила о том, что истребители в любом случае успеют подняться в воздух и перехватить цели до их подхода к более-менее значимым объектам на нашей территории.
— Поднимаю частоту… уменьшаю импульс… поднимаю мощность… — за каждой фразой крылись невидимые глазу изменения, отображавшиеся лишь на экранах станции. Подъем частоты на три процента позволял сузить диаграмму направленности и, соответственно, повысить разрешающую способность луча. И действительно, линии на экране стали тоньше, и даже появились какие-то переходы.
— Что там на дальномерном?
— Да пока непонятно…
Помимо обзорного экрана станция была оснащена еще и дальномерным, на котором луч работал только на одной линии, безо всякой развертки. Но в отличие от обзорного, где мощность сигнала отражалась яркостью, на дальномерном она вычерчивала всплески, что существенно увеличивало возможность рассмотреть отдельные детали отраженного сигнала — все-таки наши люминофоры имели еще недостаточную стабильность яркостных характеристик, поэтому порой было сложно оценить — то ли это высвечивается такая жирная цель, то ли люминофор в этом месте был толще, или имел больше примесей, реагирующих на электронный луч, и именно поэтому выдавал повышенную по сравнению с соседними участками яркость.
— … вроде бы есть сдвиги фронта…
Отправленный в пространство луч отражался от каждой цели и возвращался в виде такого же импульса, пусть и ослабленного. Если объект был один — приходил один всплеск, который и высвечивался на экране, а так как импульсы посылались с определенной частотой, то каждый раз они возвращались и поддерживали картинку, так что оператор мог вглядываться в них, пытаясь разобраться — сколько же там на самом деле объектов. Ведь если там объектов несколько и расположены они хоть немного вглубь от антенны, каждый объект отразит импульс чуть с другим временем отклика. И операторы старались высмотреть, сколько же на самом деле там таких откликов. И помогали им в этом многочисленные настройки.
— Уменьшаю импульс.
Оператор повернул рукоятку управления длительностью импульса. Картинки на экранах поблекли, но наконец-то появилась отчетливая фактура. Еще бы — чем меньше длительность импульса, тем меньше энергии он несет, соответственно, тем меньше энергии возвращается обратно — картинка блекнет. И усиливать ее до одури, чтобы вернуть былую яркость, не получится — и каскады могут выйти из области линейного усиления, и помехи также будут усиливаться вместе с полезным сигналом. Зато более короткий импульс повысит "объемность" картинки в двухмерном пространстве — более короткий импульс быстрее закончит отражаться от цели, и повышается вероятность, что отражение от ближней цели перестанет засвечивать изображение от дальней, и та высветится на дальномерном экране не просто всплеском, а всплеском, у которого фронт будет иметь уступ — этот уступ и будет означать отражение от второй цели, которое усилит отражение от первой — два отражения сложатся. Почему при этом не будут биться фазы — я расслышать не успел — действо продолжалось и я просто отвлекся.
— Вот они, кр-р-рас-с-с-савцы. Пиши. Бомбардировщики. Двенадцать троек. Под прикрытием истребителей. Курс сто шестьдесят плюс-минус десять, дальность… Сколько там дальность…?
— … За пределами определения дальности…
— … Значит, более ста пятидесяти. Скорость поворота антенны… два градуса в минуту.
Вычислитель пересчитал координаты РЛС, азимут направления и дальность в координаты и направление цели и передал в командный пункт, к которому была приписана их станция.
— Ждем. Переведи пока сканирование на сектор в пять градусов с ручным сопровождением цели.
— Есть.
Оператор наводки выставил ограничение углов сканирования, щелкнул тумблером и стал медленно поворачивать рукоятку направления, не выпуская цель из сектора сканирования. Если до этого он просто поворачивал антенну этой рукояткой, то теперь антенна стала совершать движения вперед-назад на пять градусов около центральной оси, которую и задавал оператор — до этого они уже перешли в режим ручного сопровождения, как только цель обнаружилась на экранах локатора, и теперь перешли в промежуточный режим полуручного сопровождения. И если до того, как на экране показалась цель, антенна поворачивалась вправо-влево на полный сектор сканирования в девяносто градусов, то для более точного определения параметров цели ее требовалось как следует изучить, позондировать импульсами и попытаться выжать из них максимум информации, для чего и потребовалось зафиксировать антенну на цели, временно прекратив обзор остального пространства — маловероятно, что там появится что-то еще, хотя в КП тут же пошло сообщение, что они перешли в ручной режим, и там временно переключили соседние станции на обзор и их оставленных на время без внимания секторов — мало ли что там еще вынырнет.
— Просят определить количество истребителей.
— Попробуем.
Если бомбардировщики, как довольно крупные цели, распознать было довольно просто, то гораздо более мелкие истребители представляли собой практически неуловимые на таком расстоянии субстанции. Но техники постарались.