— Да нет, героический штурм с применением всех родов и видов войск мы и так себе неплохо представляем. Но валить с первых мест партера зачем? — переспросил Шильда. Неугомонный, но дальше своего носа не видит.
— А затем, что пока мы добираемся к своим байкам, заводим их и героически пытаемся покинуть поле боя, штурмовики могут нас засечь, и на всякий случай, пустить пару ракет. Мне зрелище очень нравиться, но платить за билет на финал своей жизнью не хочется. Так что ноги в руки, разбираем цели, добавляем огоньку, и валим.
— Принято.
Выпустив остаток ракет и бросив ланчеры — этого добра у нас еще много, мы добрались до своих байков, оседлали их и в пяти километрах от космодрома, собрались вместе.
— Ну как, всем понравилось?
— Мне точно, — Чача, — вот только хотелось бы увидеть больше подробностей. Там ведь сейчас бойня в самом разгаре. Жалко такое пропускать.
— Попросим скинуть нам спутниковые снимки. Не так зрелищно, зато безопасно.
— Ну тогда, полетели, что ли? Пока прилетим, время к обеду, а мне уже жрать хочется.
— Полетели! Мы сегодня хорошо поработали. Очень хорошо! Лично я доволен… ну не знаю как!
— Ага. Как говориться, не зря день прожили.
Добравшись до базы, погнали мелких делать "героям" обед. Те пытались нам устроить акцию протеста под лозунгом "Нам тоже воевать хочется, война скоро кончиться, а мы не при чем!" Протестанты были посланы далеко и надолго, пока не подрастут и с нормальным оружием обращаться не смогут. Я предложил им показать мне класс владения мечом, Шаран — владение ланчером, который вместе с ракетой весил чуть ли не половину старшего из мальчишек, Зока. Попрепиравшись пришли к согласию, что на некоторые операции будем их брать. Но тут нам поставили ультиматум, перед этим им тоже нужны байки. А то никак, понимает-ли. Не бойцы они без таких машин. Я, недобро посмотрел на Шарана.
— А что я, это не я им такие мысли в голову вбил, сами они. У нас в мультиках каждый второй герой на гравицикле!
— И с мечом! — добавили мелкие, поглядывая на меня.
— Нет, меч вы себе будете доставать сами. И учиться… а нет, буду вас учить, если найдете. Но уж тут без соплей, обучаться мечному бою — тяжелый труд. А по поводу байков, я согласен, придется съездить в этот город старых плохих людей, присмотреть что-нибудь. Если наши последователи все не разобрали.
— Да там этого добра много! Всем хватит. Тем более что им не нужны такие мастодонты, как у нас. Найдем.
— Как скажешь, Чача. Поедем, конечно все, но поиск — твоя задача. Кто сказал "Бу"?
Все заржали, этот прикол уже прижился в нашем небольшом коллективе. А по поводу малолетних бойцов. Время такое. Пусть будут, лишний ствол не помешает. А если их ограничивать одной базой — я не представляю, чего они натворить смогут. Возраст такой, могут придумать такое, что не один мудрец не разберется. Будем приучать их к работе.
На следующий день, естественно мы никуда не собирались, нужно было посмотреть на спутниковые снимки нашего вчерашнего выступления и оценить урон, который мы нанесли врагу.
Это было эпично. После того, ка мы покинули место действия, на подступы к космопорту обрушилась авиация врага. Одновременно привезли десант, при чем пару десантных флаеров сбили наши зенитки. И отбили атаку штурмовиков, с немалыми потерями для них. Из первой волны выжило процентов тридцать машин. После этого на "позиции пулеметчиков" направили элиту врага, которую, с одной стороны выкашивали турели, а с другой стороны — мины, на которые они нарвались на подходе к нашим автоматам. Откатившись, солдаты врага предприняли обходной маневр, снова нарвавшись на огонь (угол 360 градусов, пулеметам ничего не мешает стрелять и, условно, назад). Ну и снова, мины. После этого командующий врагом озверел, снял с орбиты скоростные аэрокосмические машины, для которых наши устаревшие зенитки были откровенно слабы. Те перепахали позиции турелей ракетами и бомбами. Остатки зенитных ракет были выпущены практически все, но смогли повредить только два истребителя, да и то не критично — ушли на орбиту своим ходом. Я надеялся, что сначала пустят танки, для которых у меня были тоже предусмотрены сюрпризы, но командир врага решил не мелочиться и пропустил один из предварительных этапов. Тем не менее, отработали мы отлично. Общие потери врага оценить сложно, но не менее тысячи солдат и куча техники. Против наших устаревших на пару столетий образцов техники и грошовых мин, результат идеальный!
Нужно думать, как еще прищучить врага. А пока — байки для молодежи. Нет, сначала отдых! С утра народ решил посмотреть что-нибудь интересное из фильмов, что может предложить искин базы, а я пошел заниматься. Нужно учиться работать на новых скоростях. И с другим оружием. Доведя себя до изнеможения, я отмок под душем и решил пообщаться с командованием. Как не странно, на старой базе оказался Чжен, которому я описал, что мы делали в прошедшее время. Он и так знал, но не мог-же я не похвастаться! Он сдержанно принял мой доклад, а мог бы и похвалить. Я пожаловался, что пока никаких новых идей в голове нет, придется заниматься мелким хулиганством. Минировать дороги, с его слов, теперь бессмысленно, в каждом конвое теперь идет машина, которая обезвреживает мозги мин — они или подрываются без ущерба для врага, или просто остаются лежать на обочине мертвым грузом металла и взрывчатки. Нужно изобретать новые методы борьбы. Все группы нашего отряда тоже пересели на байки, эта тактика оказалась весьма успешной. А вот с тварями придется возиться, это, конечно бессмысленно, однако для групп гражданских они ощутимая угроза, и по возможности их стоит уничтожать. На вопрос о возможных целях для нашей группы, он пока ничего не смог предложить. Ищите сами, не маленькие.
Хотелось свои проблемы переложить на командира, да не удалось. Придется думать самому. Самое неприятное, я прикинул время, проведённое на Ирме и понял, что уже не догоню своих сокурсников. Половину учебного года я провел, воюя с этими тварями. Как разумными, так и не очень. Следовательно, даже если портал откроют завтра, доучиваться мне придется с младшим курсом. Обидно, я всегда был одним из лучших, а вот теперь остался на второй год. Хотелось рвать и метать. Дерьмо! Я потерял год на этой войне! Стоп, вдруг сказал мне внутренний голос, а ты уверен, что его потерял? Эта война — потеря? Здесь ты очень многому научился, ты воевал всерьез, на стажировках это было совсем не то, там были контролируемые боевые столкновения, кураторы всегда могли прийти на помощь, видя, что курсант оказался в безвыходной ситуации. А здесь, кто помогал тебе? Никто. И окажись ты при смерти, тебя никто бы не подстраховал. Неверная оценка ситуации, остынь и не бесись. Это вовсе не такая уж потеря времени. Научиться воевать всерьез, с мощной военной машиной, которая не признает сдачи в плен, и бойцы которой готовы идти до конца (в обычных условиях)? Которая уничтожает все, с чем соприкасается? Пожалуй, нет, я получил опыт, который иным придется набирать годами. Я сидел перед экраном и размышлял. В итоге, я приобрел или потерял? А вообще, стоило подумать, удастся мне выжить или нет. Это было бы разумнее.
Утром мы быстро перекусили — мелкие не подгоняли нас, но их вид, страдание которое они демонстрировали, каждая минута была им в тягость. Быстро собравшись, мы отправились в городок, в котором нашли наши байки. К его окраинам прибыли к обеду, все-таки наша база находилась довольно далеко от него. Добравшись, я почувствовал, что атмосфера в нем мне как-то не нравиться. Вот нет пока никаких конкретных причин для беспокойства, но оно присутствует. И к этому стоит прислушаться.