Добравшись до устроенного Чженом схрона, достали боеприпасы, загрузив практически все, каждый приторочил к байку плазму, гранаты, мины и взрывчатку вымели полностью. Пайки народ брать не хотел, но я настоял. Схрон был рассчитан на несколько недель активных боев группы, побольше моей. А выметен подчистую за один раз. Не думал командир, что мы найдем себе такое средство передвижения. Загрузившись, мы решили отдохнуть, а я терзал коммуникатор. Бесполезно, никаких сигналов от наших. Не хочется думать о плохом, но не отзываются командиры. Прошелся по голосовым каналам, прослушал молитву конгеритов. Потом сканер побежал дальше. Неожиданно нарвался на передаваемую на открытых частотах передачу: "Говорит северное убежище, 2-21, нужна помощь! Враги взламывают гермодвери входа 4, мы готовы подорвать его. Нам нужна помощь! У нас здесь все, Дима, Яна Светлая, группа Сверк, все ваши любимые, мы все заперты здесь, выручите нас! Скорее, они уже близко! Мы…" Подошедший Чача с мрачным видом, кликнул на кнопку дальше. Сканер побежал искать другие частоты с осмысленным содержимым. Я посмотрел на бойца, вопросительно подняв бровь.
— Этих я даже если бы мог, не стал бы спасать. Вообще.
— Что так?
— Попса. Золотые мальчики-педики, девочки — сосалки. Твари, хуже конгеритов!
— Но почему, твои соотечественники все-же!
— Не соотечественники они мне. Ненавижу их!
Спорить с ним я не стал. Что-то такое в их культуре, что я не понимаю. Нет, есть, конечно, враги, но такие, которых лучше отдать тварям на растерзание?
— Ну сам же говоришь, девочки там. Неужели их то не жаль?
— Ну вот ты сам, знаешь есть такие телки… с которыми вроде уже договорился, а потом облом, типа ты такой лох! Было у тебя такое?
Туше. Уел, собака, у меня с девушками вообще ничего не было. У нас специально гасят эти позывы, что бы учились лучше. Вот не думал, что об этом разговор зайдет. Стесняюсь об этом говорить, все подумают, что я этот, непотет. Или педик. Дерьмо, придется изворачиваться.
— Знаешь, если бы мог, я бы им помог. Серьезно. Вдруг с этими что-то сложится. А даже не сложиться — представь себе, ты на камеру, снимаешь шлем, улыбаешься, и говоришь: "Да я просто, хотел спасти своих, не взирая на то, кто они. Мы солдаты, долг у нас такой, защищать и жизни класть, если понадобиться. А девочки, мальчики хороши, но не для меня, я же простой солдат!" И улыбаешься своей белозубой улыбкой! Все твои.
Чача задумался и ушел. Повезло, блин. Если народ узнает, что я… меня… ну такое, пока мне не до девочек. Вот пройдет еще пара месяцев, тогда может быть! А с другой стороны, лучше бы они не проходили, лучше завтра начнется атака сил Короны. Блин, тут думаешь, как воевать с этим врагом, а подкидывают проблемы с девочками. Да, мне ужасно интересно, что там и как там ними, я даже картинки смотрел. Но ни хрена не понимаю в этом! Потому как начальство считает, что нам пока рано этим интересоваться. И маги нас кодируют, что бы не волновались о том, что все равно недоступно. Да и сейчас, что париться? Услышали голос по радио, а размышлений! Ладно, забыли об этом, у нас тут война. Кстати, весьма интересное занятие.
Неожиданно коммуникатор нарвался на работы вблизи множества передающих устройств врага и на карте высветил поляну, где мы завалили три часа назад этих кошек-мышек. Я подозвал солдат, немого потупили, глядя на экран.
— Народ, похоже там снова тьма тварей собралась. Часть из них нарвалась на наши взрывные сюрпризы, но остальные там толпятся без дела. Погонщики, а они там явно есть не могли не заметить, что врага то уже и след простыл. Вот они и пытаются взять стаи под контроль, растащить их и явно безуспешно.
— Точно, начальство орет на них, те отбрехиваются. Думаешь смотаться туда, добавить веселья?
— Рискованно, конечно, можем и нарваться, но, если не выезжать из леса, с опушки пострелять по тварям и постараться положить побольше поводырей. Все лучше, чем тупо колесить по лесу и вырезать случайные стаи. Нет в этом полета мысли, к которому нас уже приучил командир.
— А если засекут?
— В бесшумном режиме из укрытия? Да они не сразу поймут в том бедламе, что их кто-то отстреливает!
Подкатив к поляне, мы оставили байки в пятидесяти метрах от своей позиции и как в тире стали расстреливать замеченных погонщиков, ну и тварей, которые попроще, не слишком бронированных. Развлекались почти полчаса, и ни одна собака не обратила внимания, что их тупо отстреливают! С этими конгеритами ни фига не поймешь, то они проявив чудеса находчивости за полдня раздергали наш отряд и почти уничтожили его, как боевую единицу, то полчаса не замечают, что мы их режем, как баранов. Но бардак, с другой стороны тут и без нас стоял знатный, твари бьются между собой, пытаясь пробиться к источнику привлекательного запаха, погонщики носятся, как наскипидаренные, стараясь растащить стаи, едва успевая отвечать на вызовы начальства, мы подло, исподтишка, их валим. Красота!
А вот и начальство решило прояснить ситуацию на месте, из-за деревьев вывалилось три флаера серого цвета и резво пошли на посадку, хорошо, что не тёмно-синие с золотом, пришлось бы прекращать нашу забаву.
— Чача, Шильда на вас гости. Выбивайте задних или с краю, что бы не сразу всполошились!
Из флаера вывалилась дюжина офицеров, старший из них деловито двинулся в сторону беснующихся животных. Остальные пристроились за ним, пара пыталась его обогнать, с оружием наизготовку, телохранители. Но начальник слишком энергично шел, я бы даже сказал пер, обогнать его им никак не удавалось.