Передвижение по лесопосадке оказалось не столь комфортным, как я ожидал, вывороченными деревьями она радовала нас всего километров пять, потом перед нами оказалась полоса стоящих деревьев, светлая и прозрачная. В которой не укрыться ни от стай, не от флаеров. Но мудрый я подумал, о том, что большинство встреченных нами тварей относились к дневным видам, активны были в светлое время суток. Разумно было предположить, что ночью нам будет проще дойти до леса. И мы завалились отдыхать, до темноты, вместо дежурства я кинул сигналку, если что, предупредит.
Уснуть сразу мне не удалось. Да и не мудрено — сегодня мне пришлось своими руками отправить на тот свет своего солдата. Мне, конечно, доводилось читать об этом, да и слышать рассказы — но муторно. Могли бы донести, как минимум до сюда, а потом в лесу найти еще одну законсервированную базу, которую вскрыли бы, взломав замок подручными средствами, а там — полноценный киберхирург… В общем, бред. Даже досюда его бы не донесли. Подумаем о насущном. От операций в степи и лихих атак на врага придется отказаться. Судя по всему, против сил СОП кинули матерых волков, которые умеют воевать и просто так не дадут себя убивать. В отличии от первой волны, аналитики СОП дали маху, ожидали что серьезных солдат кинут в первой волне. Стаи тоже не мальчики для битья, жрецы могут влиять на алгоритм их поведения, и сделали так, что твари стали серьезной угрозой. Тут подходит тактика подвижных партизанских соединений, работает хорошо в лесу — быстро атаковал, уничтожил врага, быстро оторвался от возможного преследования, залег на время. На первое время сойдет, но, боюсь, конгериты сориентируются и начнут серьезными силами прочесывать наше укрытие — леса, разбив их на квадраты. В целом, применяя классическую противопартизанскую тактику. Этому мы противопоставим быстрые передвижения, будем атаковать врага в удаленных друг от друга местах. Так, чтобы не смогли нас зажать в одном квадрате леса, тут нам помогут эти самые байки. По возможности будем держать связь с командованием СОП, может они подкинут нам хорошие идеи. Но на первый период, тактика войны у нас есть. Жаль, истратили на первую волну такой козырь — роботанки, сейчас бы очень пригодились, пройти частым гребнем полконтинента, уничтожая все на своем пути! Хотя, если бы не использовали — хрен бы выбили первую волну. Так, размышляя о том, если бы да кабы, я задремал.
С наступлением темноты, внутренние часы разбудили меня, а я уже моих бойцов. Хотелось поесть чего-нибудь горячего, но с собой были только пайки, пришлось грызть концентраты, запивая водой из фляг. Ночь была светлая, и мы пошли к лесу, вдоль посадки, стараясь двигаться осторожно, опасаясь привлечь внимание тварей. Одно дело предположить, что они существа дневные, другое дело проверять это на своем опыте. Передвигаться ночью, даже светлой, совсем не то, что днем, к лесу мы вышли практически на рассвете, углубились в него и, найдя укрытие, снова в вывороченных корнях старого дерева, устроились на отдых. Перекусить, выпить воды — теперь в ней растворили таблетки с тонизирующим средством. Сегодня нам нужно дойти до города и найти себе эти самые байки. И мне нужно научиться ими владеть. Это меня беспокоило, хорош будет командир, который ничего не умеет, но сам выбрал такие средства передвижения. Я, последнее время постоянно чувствую недостаток опыта, недостаток образования. Кто знал, что придется воевать техом? Никто. Но воевать придется. И никто не снимет с тебя ответственность. Смирись, Вик.
Перед выходом попробовал связаться с командиром, Таросом, Энгом, другими. Никакой реакции. Даже в текстовом режиме. Чача, пошаманил со своим коммуникатором и вдруг, удивленно протянул мне бусину наушника. Я вставил в уха и услышал речитатив непонятных слов, произносимых с явным внутренним ритмом и напором. В этом голосе чувствовалась глубокая внутренняя сила, мощь.
— Что это? — спросил я его.
— Решил пробежаться по частотам, в режиме сканера. Вот, нарвался на передачу, враги, на гражданских частотах транслируют. На своем языке что-то. Молятся может?
— Может быть. Только непонятно, зачем по радио транслируют. Ладно, собираемся — сегодня еще много дел, добраться до городка, найти подходящую технику. Разобраться с ней. Если удастся, добраться до схрона, что лейтенант устраивал на всякий случай, пополнить боезапас. Двинули.
И мы пошли. Идя по лесу, я размышлял, а если твари не полезут в лес? Хотя должны, в степи люди прятаться не будут, волей не волей погонщики должны будут отправить стаи в лес, где мы их и встретим. Мои догадки подтвердились — несколько раз в пути я чувствовал близкое присутствие измененных, натыкался на их следы. Будет нам здесь добыча, как бы не оказалось ее слишком много для нас четверых!
Идти днем по лесу было легко и приятно, даже навьюченный на меня груз не особо тяготил, да и привык я таскать на себе всякие нужные для выживания и боя вещи. Бойцы моей группы шли вообще, почти на расслабоне — следы тварей они видели, а присутствие близких стай не ощущали, я их старался обходить, вел группу мимо. Тяготило меня совсем другое. Связи нет, мы одни. Нет, мне приходилось командовать небольшими подразделениями в отрыве от основных сил, но всегда передо мной стояла конкретная задача, я всегда знал, что, выполнив ее пойду на доклад к командиру, и получу новые распоряжения. А теперь? Связи нет, никаких задач перед нами не стоит, я могу делать все, что захочу. Полная партизанщина со мной в качестве атамана! Дерьмо, для человека, который семь лет жил по команде — очень неуютное ощущение. Вот могу сейчас сказать: "Солдаты! Война для нас окончилось, все по боку, ищем уютный уголок, где ждем, пока не придут войска Короны и не разберутся с этими злыми дядьками! Меч, короче, в землю, нас слишком мало, чтобы планету спасать." И, может быть, это будет правильно, никто не осудит младшего командира, который в отсутствии распоряжений предпринял все возможные меры, чтобы сохранить личный состав. Формально буду прав. Но я сам бы назвал такое поведение не благоразумностью, а трусостью. Хотя, возможно, во мне говорит "юношеский максимализм"? Нас предостерегали от поступков, продиктованных этим. С другой стороны, какой максимализм, я твердо знаю, как действовать и уничтожать врага в такой ситуации, нет, я в такие не попадал сам, но читал и разбирал на занятиях. Быстрые атаки на коммуникациях, уничтожение малых групп противника, укусил, убежал, максимальная мобильность, если не зарываться — можно много врагу крови пустить. Опять же, всякие ловушки, пусть не убьем врага, но нанесем санитарные потери — это бывает даже лучше. Нужно припомнить, с чем я сталкивался в мемуарах и что проходил на занятиях. Травить колодцы, вроде было? Только здесь никаких колодцев я не встречал… Да и бойцов надо загрузить мыслями о том, как опосредованно и эффективно наносить урон врагу.
А значит, выкидываем из головы мысли об уютном гнезде. Будем шевелиться. В начале вторжения мы тоже до одури боялись врага, а ведь смогли перемолоть первую волну! Вперед, только вперед! Но осторожно, больше терять подчиненных я не намерен. Меня передернуло от воспоминания как я облегчил, да что там облегчил, добил своего товарища! Мерзко. Надеюсь, в будущем мне не придется прибегать к таким решениям.
Лес, конечно, мерк в сравнении с реликтовым, но был хорош. В меру запущен, есть где прятаться, прочесывать такой сложно, завалы на пути сильно мешают таким мероприятиям, в меру светел — есть полянки, залитые светом, заросшие пахучими травами и кустарником. Выйдя на опушку, с которой был виден городок, остановились перекусить и обдумать дальнейшие действия. О чем я не подумал, лес не подходил прямо к городу, до его кварталов оставалось обширное пространство, занятое редкой застройкой предместий, в стороне можно было разглядеть разбитую гоночную трассу, где проводилась часть соревнований байкеров. Я планировал проникнуть в городок днем, но сейчас мне показалось, что это излишне рискованно. На открытом пространстве нас легко засекут с воздуха — конечно четыре человека не особая угроза, но все-таки. В предместьях вполне могут бродить твари. Так, я решил, что мы боремся, но особо не рискуем. Разве что, можно добраться вон до того коттеджа — всего метров четыреста, прижимаясь к кустам, а там остановимся до ночи. Все удобнее, чем просто на травке лежать. Народ принял мое предложение с нездоровым энтузиазмом. Я их даже сначала не понял.
Но добравшись до коттеджа и вскрыв его, мне стало ясны причины энтузиазма — ведь интересно поковыряться в чужом жилье, вдруг найдешь что полезное! Дух мародерки неистребим, нет мы, конечно, дисциплинированные солдаты, но, если хозяев нет, да и скорее всего уже нет в живых, покопаться в их вещах! Есть в этом нечто нехорошее, но соблазн! Да и вообще, сейчас мы скорее иррегуляры. Так что я махнул рукой, пусть копаются. Самому тоже хотелось, но надо сохранять командирский авторитет. Да и все равно похвастаются находками.
Действительно, похвастались, нашли в подвале винный подвал, ничего крепкого, естественно пить не сталь, но легкое красное под копченую ногу какого-то животного, с которой мы срезали боевыми ножами ломтики мяса. Все-таки, не зря многие носят с собой особый нож, для бытовых нужд. Резать глотки и есть с того же ножа — не слишком это правильно. А так все очень неплохо, после пайков-то. Чача, решил, что оставлять копчености пропадать здесь, не дело и нагрузился копчено-вяленным мясом, прихватил с собой и несколько головок твердого сыра, который распределил по ранцам Шарана и Шильды. Меня грузить не решился — я и так нес на себе доспех, плазму, автомат и остатки боеприпасов к ним. Ну и пайки, конечно — сыр и копчености, конечно, хорошо, однако пайки при ничтожном весе могут прокормить несколько дней.
Вечером собрались и пошли в сторону городских кварталов — темноты не стали дожидаться, тени от деревьев, кустов и строений удлинились, и достаточно скрывали нас от воздушной разведки врага. Перебежками за полчаса — минут сорок добрались до первых городских кварталов. В городке было неспокойно, где-то шумели твари, определить направление было сложно — застройка мешала. Передвигались перебежками, от укрытия к укрытию. Никто в этом городе не бывал, а уж я тем более, шли к центру, и быстро нашли первый салон продаж вожделенных байков. Стекло фасада было разбито, осколки валялись на дорожном покрытии и внутри магазина. Похоже, кто-то уже посетил его до нас. Чача и Шараном углубились внутрь, Шильду я остановил и мы, с оружием наизготовку прикрывали "добытчиков".
— Фигня, ничего достойного, — сказал Шаран спустя пятнадцать минут. — Дешевые поделки из Свортсома, вместо титанита — стальные сплавы, дерьмовый пластик, да и вообще — чисто городские модели. Нужно искать что-то посерьезнее. На этом не повоюешь. Да и требовательные к горючему машинки. Нам бы милитари стайл, тем более, что мы самые настоящие милитари… милитаристы!
— Ну пойдем дальше. — Идея искать подходящие байки здесь, резко поблекла. Пусть городок, но совсем не маленький городок! В привычных мне дистриктах, такой городок поболее обычной столицы будет. Много более. Здесь искать можно долго.
Пошли дальше по улице, снова следы быстрого бегства жителей и вандализма — даже короткий момент безвластия выпускает демонов разрушения из глубины душ жителей. Прошу заметить, не Демонов Хаоса, как называют нас, а просто выпускают ту грязь, что есть у каждого и сдерживается оковами цивилизации и страхом перед наказанием. Битые окна и витрины, разбросанные продукты перед магазинами, раскуроченные машины, осколки бутылок под ногами. Праздник окончания порядка здесь шел с размахом, весело, но быстро закончился — высадились враги, и всех празднующих замели, отправив на алтари. Погано и то, что здесь творили "празднующие", и то, что с ними потом сотворили. Тьфу на эти мысли!
Нашли новый салон, Шильда молча, жестами, запротестовал, что я снова пытаюсь его оставить на улице. Тоже хочет покопаться в байках. Улыбнувшись, я отправил его внутрь, покараулю сам. Довольно быстро люди вернулись, не объясняя ничего Чача помотал головой, не то. Идем дальше. Что-то мне стало тревожно. Так мы можем здесь неделю ходить.
У следующего магазина оказалась реклама, на которой брутальные, толстые мужики тискали полуобнаженных девиц, на фоне костров и железных машин. Шаран толкнул меня кулаком в бок и показал, что это то, что нужно. Спустя минут десять, меня позвали внутрь, я жестом отправил бойца контролировать улицу.
— Все что нужно, — сказал мне Шаран, — мощные, надежные, но слишком шумные машинки. По гражданке, я бы такие взял и даже не сомневался — все девки мои. Но сейчас, сыкотно, шум ведь нам совсем не нужен?
Я кивнул ему, и взмахом ладони отправил народ на выход. Жаль, что не нашли, хорошо, что они понимают специфику. Нам шуметь совсем не нужно. Это грозит неприятностями, со смертельным исходом. Очень обрадовало, что бойцы сами понимают специфику момента, не ведутся на свои старые предпочтения.
Так мы шли по улице к центру, проверив еще один магазин, потом, уже в почти полной темноте — только свет спутника освещал нам дорогу, по другой. Шаран, шепотом, объяснил мне, что это улица, где находятся мастерские тюнинга байков. Здесь можно найти самые лучшие модели, доработанные умельцами. Увидев вывеску, бойцы оживились и ринулись вовнутрь. Быстро позвали меня, внутри была абсолютная тьма, мои глаза различали убранство, а вот им ничего видно не было. Внутри я увидел с десяток стендов. На которых стояли гравициклы, в стороне, наверное, торговый зал, где были уже готовые машины. Подумав, я решил, что светляка зажигать не стоит, незачем нам демонстрировать кому не попадя, что здесь есть кто-то. Лучше уж утром будем разбираться. Объяснив свою мысль бойцам, я открыл помещение внутри мастерской, думал офис, оказалось, что-то вроде комнаты отдыха. Тем лучше. Топчаны, стол посередине. Плотно прикрыв дверь, я дал свет.