Лиззи снова достала маленький вышитый платочек и принялась вытирать мне слезы, на этот раз приговаривая:
— Уходите, слезки, мы не будем плакать. И с красивых глазок вам не надо капать…
— Откуда ты знаешь такой стишок, милая? — спросила я, попытавшись улыбнуться.
— Мне мама так говорила, когда я плакала. Но ведь я теперь уже большая, не плачу. А вот она плакала, как ты…
Я замерла, завороженная очередной вспышкой детских воспоминаний.
— Я ей рассказывала стишок, вытирала слезки, и все проходило, — рассказывала Лиззи, баюкая свою куклу.
— А почему мама плакала? — осторожно спросила я.
Но Лиззи отвернулась и принялась укладывать куклу в игрушечную кроватку.
А ночью мне приснился странный сон. Я снова увидела призрак Джулии. Он настойчиво звала меня за собой, говорила, что покажет нечто важное. Я отчетливо слышала ее голос, мелодичный, завораживающий. Я накинула теплый халат, надела домашние туфли и пошла за фантомом по коридорам дома прямо к выходу. Не обращая внимания на мороз, брела прямо по снегу в сад, следуя за призраком, который время от времени махал мне рукой. Джулия привела меня к загадочной розе, которая светилась в темноте. Будто повинуясь чьему-то приказу, я безжалостно выдернула розу и принялась рыть руками землю. Несмотря на холод, это оказалось несложно. Разрыв землю, увидела небольшой камешек, блестящий, полупрозрачный, синеватый, с острыми краями, будто осколок чего-то хрупкого…
Я проснулась, будто от толчка. Сон был такой реальный, что… Я поняла, что сжимаю что-то в руке. Лиззи боялась темноты, поэтому в комнате всю ночь горели свечи. Я увидела, что подол ночной сорочки мокрый и грязный. Руки тоже оказались испачканы землей, а в ладони я сжимала тот самый камешек из сна. Синий с голубыми прожилками. Похоже на хрусталь или что-то подобное. Значит, это был не сон?
Умывшись и переодевшись, кое-как дождалась утра. Рэй домой не вернулся, и поделиться мне было не с кем. Пока Лиззи не проснулась, оделась и побежала в сад. Роза валялась в снегу, увядшая и почерневшая. Еще раз взглянула на камень. Он был теплым, и вовсе не от тепла моей руки. Я чувствовала, что это не просто безделушка, не просто мусор, валявшийся в земле. Это все что-то значит! Это все связано с Джулией!
Когда Лиззи проснулась, переделала все утренние процедуры и позавтракала, я показала ей загадочный камешек.
— Лиззи, ты когда-нибудь видела это? — осторожно спросила я.
Девочка равнодушно взглянула на вещицу и просто ответила:
— Это папин камень.
Я даже вздрогнула от такого заявления.
— Твоего папы? — переспросила на всякий случай.
— Да.
— А как зовут твоего папу, милая?
— Папа Силлиан… Он злой и кричит постоянно.
— А мама…
Лиззи вдруг взглянула на меня совсем не детским взглядом и прошептала: