— Это «Дикие гуси». Поет Вафира Гизатуллина, — пояснила она.
Когда песня закончилась, Асия заметила:
— А из народных мне очень нравятся украинские песий. У них удивительная мелодичность.
Наверху зашелестел листвой деревьев ветер.
Асия посмотрела на небо и негромко воскликнула:
— Ого! Дождичек надвигается. Пойдемте, пока не поздно.
Назипу не хотелось уходить, но, вспомнив о своих срочных делах, медленно шагнул за девушкой. И настроение стало сумрачным. Асия взглянула на него и шутливо произнесла:
— На вашем челе печать уныния я читаю.
Он улыбнулся.
— Вы любите цветы? — спросила его девушка.
Он кивнул.
— Тогда я вам немножко расскажу о них. Хотите?
— Хочу.
— О разновидностях цветов не буду рассказывать. О них многие знают. А вот об искусстве составления букетов скажу несколько слов. Можно?
— Мне это интересно, Асия. Пожалуйста...
— В Древнем Риме, у греков праздники сопровождались цветочными венками, а в восточных странах — гирляндами. Нынешние же букеты появились лишь в эпоху Возрождения, причем...
Назип пристально смотрел на девушку: на ее большие блестящие глаза, слегка припухлые губы, на яркий румянец на щеках, и ему нестерпимо хотелось поцеловать ее. Он не слышал, о чем она говорила.
Девушка заметила этот взгляд и покраснела.
— Я вам говорю про цветы, а вы, по-моему, думаете о чем-то постороннем, — мягко, с чуть заметной обидой проговорила она.
— О цветах, только о цветах и думаю! — как заклинанье произнес он. — Разве можно думать о чем-то другом, когда вы так интересно рассказываете.
Она с недоверием посмотрела на него, но продолжила рассказ.
— Букеты в эпоху Возрождения были небольшими. Позже они стали внушительными, кажется, в XVIII веке. Но потом... — Асия взглянула на него, но не нашла ничего предосудительного в поведении Назипа, — потом массивные букеты уступили место букетам из трех цветков...