- Ну, мальчики, кажется, все, - вытирая замасленные руки, говорит Базанов. - Остается десять минут. Вполне достаточно для перекура.
Мы садимся прямо на палубу и закуриваем, с наслаждением подставляя лицо легкому ветерку. Торопливо, жадно затягиваясь, Базанов объясняет нам предстоящее задание:
- Сегодня будем опускаться на привязи. Лобов приказал установить на палубной площадке телевизионный аппарат. Хочет старик непременно сам заглянуть в эту трещину.
Значит, нас свяжет с кораблем кабель, питающий съемочную камеру электроэнергией. Ну что ж…
Базанов бросил окурок за борт и встал.
- Пора. Вон и «дед» шагает…
Старик всегда непременно сам провожал нас под воду. И сейчас он подошел вразвалочку, спросил, все ли в порядке, каждому до боли потискал руку, потом неожиданно ласково погладил холодный стальной бок нашей «лодочки» и вздохнул.
- Черт! Хорошо молодым, - сердито сказал он.
- Все равно бы вас не взяли, Григорий Семенович, - засмеялся Базанов.
- Это почему же?
- Габариты у вас не те. Вы только в корпусе уместитесь, да и то лежа.
Запела сирена, и мы друг за другом полезли по узкому трапу наверх, к люку - впереди Михаил, за ним я, последним Базанов.
Прежде чем нырнуть в люк, я окинул взглядом море и палубу. Снизу уже подталкивал нетерпеливый Базанов. Последний раз как следует хлебнув свежего морского воздуха, я начал протискиваться в узкий люк.
Михаил уже пристроился на своем месте возле иллюминатора. Неудобно ему с такой медвежьей фигурой в детском креслице. Хотя он привык сгибаться в три погибели над микроскопом. Наверное, - поэтому и сутулится. Кажется, медики называют это профессиональными приметами: у ювелира всегда сточен ноготь на большом пальце правой руки, у чертежника - затвердение подушечки правого мизинца. Где-то я читал об этом? Интересно, а у меня в чем профессия проявляется?..
Философствовать некогда. Я включил рацию. Через несколько минут, завернув болты люка, к нам присоединился Базанов.
- К погружению готовы, - негромко сказал он в микрофон.
- Добро, - пробасил репродуктор. - Глубина по судовому эхолоту 5639. На лебедке - вира помаленьку!
Сквозь стальные стенки слышно, как загремела лебедка, скрипнули тали. Нас качнуло и плавно понесло по воздуху. Сейчас весь экипаж корабля провожает нас глазами.
Стрела развернулась, и мы начали опускаться за борт.
По всей кабине, заставляя нас жмуриться, запрыгали солнечные зайчики.
И вдруг сразу погасли. Иллюминаторы потемнели, кабина погрузилась в зеленоватый полумрак. Мы опустились на воду.
- Дать свободу! - приказал Базанов.