Гидеон усмехнулся.
— Что ж, если ты вместе с Глинном столько лет, должно быть, тебе нравится на него работать.
— «Нравится» — не совсем правильное слово. Я тебе вот, что скажу: этот человек гений от Бога. И он честен. Это редкое сочетание.
Официантка вернулась, принеся им мартини и пиво. Они прервали беседу и оценили свои напитки. Когда Гарза поднял бутылку, Гидеон — по старой привычке — обратил внимание на его наручные часы.
— Хорошие часы.
— Думаешь?
— О, да. «Blancpain» модель L-Evolution Flyback со сплит-хронографом. С циферблатом из красного золота.
Гарза посмотрел на него.
— Большинство людей ничего не знает о часах «Blancpain».
— С этим браслетом из углеродного волокна — это одни из лучших часов в мире. Стоят… сколько? Тысяч пятьдесят?
— Я не знаю. Это подарок благодарного клиента, — Гарза помедлил. — А ты как стал экспертом?
— Если ты помнишь, у меня воровское прошлое.
— Точно.
Повисло неловкое молчание, которое Гидеон решил нарушить первым.
— Расскажи мне что-нибудь, — непринужденно попросил он. — Что это за большой проект, над которым Глинн работает с тех самых пор, как я пришел в ЭИР? Ну, помнишь, та подводная модель, вокруг которой сейчас все вьются?
Гарза сделал большой глоток пива, осушив примерно треть бутылки, прежде чем поставить ее на стол.
— Глинн сам расскажет тебе об этом.
— Да брось! — протянул Гидеон. — Я подписал соглашение о неразглашении и всякое такое. Очевидно, что между сотрудниками ЭИР это не секрет — иначе бы над этим не работали в той, общей лаборатории.
— Да, ты прав, — Гарза махнул официантке, чтобы она принесла ему еще пива. — Этот проект… это Моби Дик Глинна.
— В смысле?
Свежее пиво принесли удивительно быстро, и Гарза воспользовался возможностью, чтобы осушить бутылку до половины.
— Ну… — он немного поколебался, словно борясь с собой. — Ты помнишь Палмера Ллойда, миллионера, который съехал с катушек несколько лет назад?