— Позвольте представить вам доктора Честера Брока, — возвестил Глинн. — Бывшего профессора Оксфорда, медиевиста и одного из лучших мировых экспертов по средневековым манускриптам и картам. Доктор Брок, позвольте представить вам доктора Гидеона Кру, который добыл для нас эту карту.
— Говорю же, Глинн, — ворчливо отозвался Брок, лишь формально протянув Гидеону руку для рукопожатия, но никак более не отреагировав на его появление, — я не могу работать в этом сарае! Мне нужно больше пространства!
— Но вы ведь отказались от общей комнаты, — ответил Глинн по-отцовски снисходительным тоном. Маленький человек с монашеской тонзурой одарил его гневным взглядом, и Глинн покорно вздохнул. — Хорошо, я попробую поискать для вас что-нибудь более комфортное. Но на данный момент я хотел бы, чтобы вы рассказали доктору Кру как обстоят дела с картой.
Брок взглянул на Гидеона — на этот раз он изучил его более внимательно, едва ли не вытаращившись на него во все глаза.
— Надеюсь, вы не специалист по средневековью, — сказал он почти требовательно. Для такого низкорослого человека у него был удивительно глубокий голос. Гидеон невольно задался вопросом, почему этот человек так надеется, что не видит перед собой коллегу. Прежде, чем он сумел ответить, заговорил Глинн:
— Доктор Кру — физик. Вы — наш единственный медиевист. С чего бы нам мог понадобиться кто-то другой?
— Действительно, с чего бы! — фыркнул Брок, но затем вздохнул, похоже, смягчившись от елейного тона Глинна. — Ну, хорошо. Следуйте за мной.
Он провел своих посетителей через тесную частную лабораторию к столу. Страница Хи-Ро — теперь полностью сухая — лежала там, на подносе, под цифровым навесным проектором. Брок набрал несколько комбинаций на ноутбуке, и на экране появилось значительно увеличенное изображение карты, тут же спроецированное на плоскую настенную панель. С помощью нескольких ловких цифровых манипуляций Брок сумел увеличить резкость и четкость карты, тем самым уточнив детали.
… и на деле это нечто не было и близко похоже на реальную карту. Картограф не пытался отметить здесь некие географические ориентиры или создать двумерную модель ландшафта. Вместо этого изображение представляло собой сплошную ленту с множеством параллельных полос, усыпанных небольшими изображениями островов и другими рисунками, многие из которых сопровождались надписями на латыни.
— Эта карта никогда не получит одобрение по протоколу ААА, — хмыкнул Гидеон.
— Эта карта, — фыркнул Брок, — основана на разновидности римского атласа под названием itinerarium. Во времена расцвета Римской Империи путешественникам нужно было как-то ориентироваться в сложной системе римских дорог. Они и использовали вот такие карты: вереницы линейных отрезков пути с нанесенными на них городами, деревнями, селениями и прочими ориентирами. Сам пейзаж, как таковой, не воспроизводился — это были просто путеводители от ориентира до ориентира. Похоже, имеющаяся у нас карта Форкиса является раннесредневековым эквивалентом как раз такого путеводителя, только перенесенного с земли на воду. Своего рода, примитивная парусная карта, — он указал на обрывки линий. — Я только начал ее анализировать, но эта линия, разбитая на сегменты, по-видимому, показывает мореходный маршрут. А эти маленькие рисунки обозначают различные ориентиры, которые путешественник должен встретить на своем пути. Возьмем, например, вот этот. Мы пронумеровали все знаковые символы на карте, и этот находится под номером «4».
Пухлый, похожий на сосиску палец ученого указал на крошечный рисунок острова, поднимавшегося из морских вод. Он был едва ли больше скалы с парой обозначенных на нем скрюченных деревьев, чем-то напоминавших рога. Довольный собой Брок набрал несколько комбинаций и вывел увеличенный рисунок на экран.
— Прилагаемая надпись гласит: «Perge ad orientem insula Diaboli, tunc pete meridiem», что в переводе значит: «Ищите восточную сторону Острова Дьявола, а затем двигайтесь на юг».
— Довольно расплывчатое указание, — заметил Гидеон.
— В самом деле, — согласился Брок. — Особенно когда нужно искать деревья, которых наверняка уже давно нет. А вот еще пример, который мы пометили номером «5», — он указал на второй крохотный рисунок, который обозначал проход между двумя землями, своего рода пролив. На одном клочке земли, прямо на берегу, была изображена какая-то расщепленная скала, смутно напоминавшая крест. — Указание для этого рисунка гласит: «Ваш путь лежит напрямки через пролив креста». Вот и все. Никаких компасов, никаких указаний направления. Но заметьте, тем не менее, что эта линия содержит целых девять ориентиров, то есть, подсказок.
Гидеон прищурился.
— Должен признать, детализация этих рисунков потрясает воображение…
— Ирландские монахи являлись гениями миниатюризации. Большинство работ выполнялось с помощью одноволосых кистей.
Ненадолго повисшее молчание Гидеон прервал вполне логичным вопросом:
— Так… где же расположен этот таинственный остров?
— Ах! Вопрос на миллион долларов… — Брок немного помолчал, оглядев своими зелеными глазами присутствующих. — И ответ будет таков: где-то в Карибском бассейне.
— Карибы? — переспросил Гидеон, не скрывая потрясения. — А… откуда вы знаете?