- Соседушка, давай задружимся!
- Как с вашим братом дружиться: ты, Мишка, как раз искалечишь! - отвечал мужичок.
- Нет, - сказал медведь, - не искалечу. Слово моё крепко - ведь я не волк, не лиса: что сказал, то и сдержу! Давай-ка станем вместе работать!
- Ну ладно, давай! - сказал мужик.
Ударили по рукам.
Вот пришла весна, стал мужик соху да борону ладить, а медведь ему из лесу вязки выламывает да таскает. Справив дело, уставив соху, мужик и говорит:
- Ну, Мишенька, впрягайся, надо пашню подымать.
Медведь впрягся в соху, выехали в поле. Мужик, взявшись за рукоять, пошёл за сохой, а Мишка идёт впереди, соху на себе тащит. Прошёл борозду, прошёл другую, прошёл третью, а на четвёртой говорит:
- Не полно ли пахать?
- Куда тебе, - отвечает мужик, - ещё надо дать концов десятка с два!
Измучился Мишка на работе. Как покончил, так тут же на пашне и растянулся.
Мужик стал обедать, накормил товарища да и говорит:
- Теперь, Мишенька, соснём, а отдохнувши, надо вдругорядь перепахать.
И в другой раз перепахали.
- Ладно, - говорит мужик, - завтра приходи, станем боронить и сеять репу. Только уговор лучше денег. Давай наперёд положим, коли пашня уродит, что кому брать: всё ли поровну, всё ли пополам или кому вершки, а кому корешки?
- Мне вершки, - сказал медведь.
- Ну ладно, - повторил мужик, - твои вершки, а мои корешки.
Как сказано, так сделано: пашню на другой день заборонили, посеяли репу и сызнова заборонили.
Пришла осень, настала пора репу собирать. Снарядились наши товарищи, пришли на поле, повытаскали, повыбрали репу: видимо-невидимо её.
Стал мужик Мишкину долю - ботву срезывать, вороха навалил с гору, а свою репу на возу домой свёз. И медведь пошёл ботву в лес таскать, всю перетаскал к своей берлоге. Присел, попробовал, да, видно, не по вкусу пришлась!…
Пошёл к мужику, поглядел в окно; а мужичок напарил сладкой репы полон горшок, ест да причмокивает.
«Ладно, - подумал медведь, - вперёд умнее буду!»