Всего за 149 руб. Купить полную версию
Она включила планшет и стала листать пальцем картинки.
Вот он!
На меня смотрело миловидное, юное лицо. Симпатичный парень.
Из-за внешности его дразнили «Милашкой». Дин не обижался. Что заставило его пойти на войну? Ему не было кого защищать. Ни семьи, ни женщины. Но он очень горячо просил, и его взяли, она помолчала. Он погиб вместе с остальными. Теперь понимаешь, почему твои поправки не годятся?
Я покрутил головой. Кея посмотрела удивленно.
У Дина была мать, сказал я.
Но он не знал ее. Я хочу тебе кое-что сказать, Влад. Ты приехал издалека, и многого не знаешь. В годы диктатуры матери нередко отказывались от сыновей. Отдавали их в детские дома, а там было несладко. Скудное питание, воспитатели из военных. Они били мальчиков. Обучали их читать и писать, и ничему более. Дин был чернорабочим. На войне стал подносчиком снарядов. Он не мог говорить о матери и сестре, его бы тут же разоблачили. Ты согласен?
Нет.
Почему?
Сирота мечтает о родителях, порой, придумывает их. Мол, они служат где-то далеко, потому и сдали ребенка в детдом. Но они за ним обязательно приедут. Дин хотел в это верить. Потому говорит о матери и сестре. Ведь они у него могли быть! Остальным понятно, что он врет, но они не решаются возразить. Потому что виноваты перед пареньком. Это с их молчаливого согласия мальчиков отдавали в детские дома, где держали впроголодь и били. Теперь им стыдно. Потому что паренек, которому изуродовали судьбу, идет защищать Родину.
Я хотела об этом сказать, пробурчала Кея. Потому и выбрала этот расчет. Но твои слова жгут сердце.
Вы снимаете фильм-урок, напоминание о совместной победе?
Она кивнула.
Пусть традиционалы задумаются. Они называют нас грязными и вонючими, не считают за людей. Пусть посмотрят на этого паренька. После всех издевательств пошел воевать за них. И погиб, чтоб они жили.
Забери меня Темнота! вскричала она. Как ты все повернул! Рос в детдоме?
Нет, тофу.
Зато жил без родителей. И мечтал, что они меня заберут.
Принимаю, сказала Кея.
А еще Дину следует дать девушку.
Что?!
Пусть он встретит ее среди ополченцев. Она отвергнет его, потому что аристократка. У нее буква «й» в имени. Зовут ее Клейга. Для нее этот парень никто. Только Дин будет ее любить. В свой последний час, когда погибнут товарищи, он встанет к рельсотрону. Будет стрелять и кричать: «Это вам за мать и сестру! За Клейгу!» Он видел, как упал ее бронеход и решил, что она погибла. Но Клейга уцелеет. Много лет спустя она придет к мемориалу павших бойцов. Принесет к его подножию цветы. По ее щеке побежит слеза, и она тихо скажет: «Прости, Дин»
Замолчи! крикнула Кея. Я сейчас зарыдаю.
Надо сделать так, чтоб рыдали зрители.
Ладно, правь! согласилась Кея. Посмотрю, что получится.
А потом были съемки Выжигающий глаза свет, ползущий от жары грим, недовольный голос режиссера. Дубли, дубли К концу съемочного дня я уже не хотел денег. Мелькнула мысль отказаться от роли. Только я ее отверг. Подписался не скрипи!
Спустя время, я втянулся, и в студию ехал с удовольствием. У меня сложились душевные отношения с партнерами. В перерывах они рассказывали о себе. В годы диктатуры актеров изгоняли из театров. Пьесы ставили без мужских ролей. Изгнанники отправились на заводы и создали там самодеятельные театры. Постановки их пользовались успехом. Зрителей приходило больше, чем в театры. Хунта попыталась самодеятельность запретить, но владельцы предприятий не подчинились. Самодеятельность сплачивала коллектив, и из-за этого он работал эффективней.
В войну актеры попросились на фронт. Кое-кто успел повоевать. Для них этот фильм не был чем-то отвлеченным они в нем жили.
Повезло тебе, Влад, этого не видеть, говорили они, и я соглашался.
Повезло тебе, Влад, этого не видеть, говорили они, и я соглашался.
Ко мне они относились, как к сыну мужикам-то под пятьдесят. Для них я пацан.
Играли они замечательно. Во взглядах, обращенных на меня, сквозила снисходительность и вина. Их герои понимали, что погибнут, и жалели, что вместе с ними умрет замечательный парень. Но спасти его не могли. Вечерами мы просматривали отснятый материал, и я замечал влажные глаза Кеи. И не только у нее.
С партнершей у меня отношения не задались. На роль Клейги режиссер пригласила местную звезду. Уличив момент, та прошипела:
Не смей приближаться ко мне, мурим! Я вонючек не терплю.
От такого я охренел и пожаловался Кее. В ответ она улыбнулась:
Я все знаю, Влад. Но так нужно.
Я понял, просмотрев материал. Актриса смотрела на меня с брезгливостью. Из-за этого любовь Милашки выглядела особенно безнадежной, и от этого щемило в груди.
Здравствуй, Сайя!
Рада слышать тебя, тетя.
У меня новость: Влад ушел от нас. Перебрался в социальное общежитие.
Почему?
Говорит, что хочет жить самостоятельно. Нашел работу на киностудии, снимается в фильме.
Он актер?
Говорит, что нет. Но его взяли. Хорошо платят.
Это ненадолго. Съемки завершатся, и он останется без работы.
У него есть деньги. Кай заплатил ему за сведения.
Знаю. Брат звонил. Очень злился.
Почему?
Потому что сам не догадался. У нас крупнейший в стране завод по переработке нефти. Мы извлекаем из нее смазки, остальное продаем на теплоэлектростанции. Отдаем почти даром, потому что спрос малый. Но если использовать эти отходы для сжигания в моторах, открываются невероятные перспективы. Автомобиль с таким двигателем может вести любой. Он не привязан к источнику энергии. Заправочные станции не требуют электрической линии достаточно раскинуть уловители света, а топливо можно возить с собой. Удлинятся линии грузовых перевозок, что важно для Сухья с ее протяженными пространствами. Инженеры Кая сейчас создают двигатель. Если у них выйдет, завод придется расширять или строить новый, поскольку спрос ожидается невероятный. Возрастет производство автомобилей, в первую очередь грузовых. Выпуск легких фракций нефти станет приносить прибыль. На внешний рынок пойдет невиданная ранее продукция: легковые автомобили и грузовики с тепловыми двигателями. Они будут стоить дешевле электрических. Кай мне много чего наговорил. Я все одобрила.