Всего за 309.9 руб. Купить полную версию
— Зачем камни? — отозвался солдат. — Нас земля защитит. Четыре стены, а вместо крыши — небо. Окоп называется.
— А если пойдёт дождь? — поинтересовался Серёжа.
— Наденем плащ-палатки. Вот и вся крыша… солдатская. Бери лопату!
Дед поплевал на руки и взял в руки большую лопату.
И Серёжа поплевал на руки и взял лопату поменьше — малую сапёрную, так она называется по-военному.
И они стали рыть окоп. Земля была плотная, лопата резала её ломтями. У Деда ломти были ровные и увесистые. А у Серёжи тонкие и часто рассыпались.
— Бери на полный штык! — командовал Дед.
Но «полный штык» не получался у мальчика. К тому же, он натёр руки.
А Дед был неутомимым: помолодев и став снова солдатом, он мог копать без устали. В дороге Дед жалел Серёжу, а помолодев, разговаривал с ним, как с равным:
— Сам захотел узнать, что такое война. Теперь терпи. Война требует терпения.
Солнце село за линию фронта, когда Дед сказал:
— Будет!
И воткнул лопату в землю.
У Серёжи болели стёртые руки и от непривычной работы ломило всё тело. Он постелил на дно окопа шинель, свалился на неё, свернулся калачиком и заснул. Обычно он засыпал медленно и неохотно. Да ещё требовал, чтобы ему почитали. На войне он заснул сразу.
Как это случилось? Как произошло?
Серёжа лежал на дне окопа с открытыми глазами и смотрел на небо. Сердце его стучало часто-часто, словно он и на самом деле только что бежал.
Было тихо — так тихо бывает только на войне. Над Серёжей светились звёзды. И казалось, что там, в вышине, раскинулся огромный город и множество огней освещают его дома и улицы.
Взвилась зелёная ракета и, не долетев до звёзд, погасла. Где-то слева — как говорят военные, «на левом фланге» — дробно заработала железная машинка — пулемёт. И снова тихо.
Война затаила дыхание.
И вдруг мальчик услышал шорох. Он привстал и выглянул из окопа. Прислушался, присмотрелся. Неподалёку вздрагивала высокая трава. Кто-то полз прямо к окопу. Кто? Друг или враг?
— Дед! — мальчик энергично потряс спящего солдата за плечо.
— А? Что? Тревога? — пробормотал Дед. И сон как рукой сняло.