Всего за 309.9 руб. Купить полную версию
Наконец, решив, что от маленького дерзкого окопа ничего не осталось, враги прекратили огонь.
А Серёжа, оглушённый взрывами, бледный и измученный, всё жался к Деду, всё искал у него защиты.
Прошёл ещё один день и ещё одна ночь.
Раненый Дед метался в жару и просил пить. Теперь Серёжа нёс службу за двоих: за себя и за Деда. Он наблюдал за тем, что происходит на переднем крае.
Было тихо. Курился синеватый туман. Роса была крупной и тяжёлой, как дробь. А вокруг окопа зияли чёрные воронки. И, глядя на истерзанную землю, Серёжа вдруг пожалел её, словно она, земля, была существом живым и страдала от ран и ожогов.
Серёжа поднял глаза и увидел обожжённые огнём алые облака. Казалось, они проплывали над жерлом вулкана. Но никакого вулкана не было. А было горящее русское село Кадушкино. Подожжённые снарядами, горели избы, сараи, колодцы. Вся земля горела под Кадушкином. От этого военного огня облака и стали алыми.
Как это случилось? Как произошло? Впереди окопа показался танк. Был он сперва маленьким, безобидным и гудел, как шмель. Но с каждой минутой танк становился всё больше. Казалось, он рос на глазах. Мотор грозно ревел, гусеницы лязгали железом. А на броне стали различимы чёрные кресты. Он тяжело взбирался на пригорки и со скрипом скатывался вниз. Его длинная пушка угрожающе покачивалась, словно ждала удобного момента, чтобы выстрелить. Фашистский танк шёл на маленькую солдатскую крепость — на окоп, дерзко вырытый на ничейной земле.
Серёже вдруг стало не по себе — в сердце забилась тревожная льдинка страха, и мальчик упал на дно окопа рядом с притихшим Дедом.
— Ты что? — спросил раненый.
— Дед, мы погибаем! Дед, пришёл конец! Танк ползёт на нас!
Солдат с трудом поднялся, навалился грудью на переднюю стенку окопа и стал наблюдать за приближающейся громадой. Не отрывая глаз от танка, он сказал Серёже:
— Времени мало. Потому не переспрашивай, а слушай и запоминай. Этот танк хочет обойти наш полк слева и неожиданно ударить с фланга. Но я помогу своей роте, раз уж пришёл на войну.
— Дед, он же раздавит тебя!
— Если так рассуждать, никогда не победишь врага, — сказал Дед.
И он достал из ниши, вырытой в стенке окопа, гранату, похожую на большую консервную банку.
— Разве гранатой его остановишь?! — безнадёжно произнёс Серёжа.
— У меня кроме гранаты ещё кое-что есть, — сказал Дед.
— Что это за «кое-что»? — спросил мальчик.
Но Дед не ответил на его вопрос. Он спешил сказать ему главное.
— Если я не вернусь, пойдёшь домой один. Это мой приказ!
Дед хотел ещё что-то сказать, но грохот фашистского танка заглушил его голос. Земля дрожала. Приближающийся танк становился всё больше, всё громадней. Был он уже величиной с паровоз, а может быть, с дом. Так казалось Серёже. Гусеницы безжалостно перекапывали нежную землю. Пушка зловеще покачивалась. Льдинка страха всё сильнее билась в сердце мальчика.
Но когда Дед пристально посмотрел в глаза внуку, льдинка исчезла, растаяла. И Серёжа сказал: