- Можно мне сказать?
Сыщики загалдели:
- Валяй, Буратино, не стесняйся! Давай!
- Да я., это самое… такое дело… По-моему, надо сперва у ребят по городу расспросить и ещё… сходить на базар…
- Всё бы ему на базар! - захохотал Витамин. - Ишь, привык! Как какой-нибудь спекулянт!
- Ты, Буратинушка, зря волнуешься, - сказал Стасёк. - Мы тебя ещё, может быть, не возьмём. Ребята, давайте не возьмём Буратино?
- Почему? - заморгал Буратино.
- Да так, - веселился Стасёк. - Не годишься. Мы с такими носами не берём!
У Буратино задрожали губы:
- Смеётесь, да? Такие, да?.. Ну и не надо… и уйду… Нос, да?.. И уйду…
Часто всхлипывая, он полез вниз по лестнице.
- Эй! - крикнул Игорек. - Подожди! Чего скажем!
- Мы шутим! Слышишь, Буратино?
Но Буратино, не оглядываясь, пошёл через двор к калитке.
- Вот чудак! - удивился Витамин. - Обиделся! И чего мы ему такого сделали?
Солнце ещё не собиралось всходить, на сером небе кое-где ещё оставались не успевшие скрыться звёзды и улицы были пусты, когда Герка и Симка подошли к дому, где жил Игорек.
Вчера он им сказал: «Мяукните мне под окном, как Том Сойер, я сразу проснусь. Я вообще спать не буду. Буду обдумывать план операции».
Окно в Игорьковой комнате было завешено изнутри, а форточка открыта.
Герка мяукнул раз, другой - занавеска не шевельнулась. Герка уже уморился мяукать, но занавеска была неподвижна.
Затем его сменил Симка. Тот умел мяукать так, что и вблизи было не отличить его от настоящего кота. Он даже фыркал и шипел. Кроме того, он прыгал и махал руками, растопырив пальцы, как когти.
В соседних домах захлопали форточки, и недалеко от ребят хлопнулся о землю обломок кирпича, кинутый кем-то через забор.
Наконец занавеска отдёрнулась, мелькнуло в окне сонное лицо Игорька, а через минуту он сам выбежал на крыльцо, одной рукой застёгивая рубашку, другой - запихивая в карман какие-то таинственные предметы.