Говнюки. Ненавижу.
Мне казалось, что мой мозг вот-вот взорвется. Почему, после каждой встречи с ним, я чувствую себя униженной? Ненавижу. Ненавижу. Ненавижу.
- Белова? – я невольно вздрогнула от голоса Алексея Львовича, выглядывающего из-за двери. – Ты почему не в зале?
Я откинула волосы назад и выпрямилась.
- Можно, я пойду домой? С четвёртым столиком покончено. Так что мне незачем здесь оставаться.
Начальник явно не поспевал за моими переменчивыми желаниями.
- Но они сделали заказ, - сказал он. – Или ты предлагаешь, чтобы фартук надел я? Давай, отнесешь поднос и свободна.
Я тяжело вздохнула, печально опустив голову.
- Хорошо, - буркнула я себе под нос. – Что с заказом?
- Принеси им томатный кетчуп, - пояснил он. – Парни сказали, что мясо слишком сухое и безвкусное. Видимо, повара уже мысленно дома. Я их понимаю. Так что, надо бы не обидеть гостей.
Я открыла рот о возмущения. Это, с каких пор, дворовая шпана перевелась в ресторанных гурманов? Аристократы хреновы!
Алексей Львович закрыл дверь, а я размышляла на тему наших новоиспеченных эстетов. Держась руками за раковину, я пристально всматривалась в своё отражение. Мои волосы, как будто встали дыбом, предвкушая ещё одну встречу с Захаром. Пусть даже секундную, но до боли ядовитую. Я с грустью заметила, что мой серый цвет глаз, был точно такой же, как и у моего врага. Несколькими минутами назад, глаза цвета мокрого асфальта сверлили во мне сквозную дыру.
Черт! Как взять себя в руки и принести им долбанный соус? Сухо им во рту! Какие мы нежные! Будь моя воля, я бы навалила бы им одного перца Чили и заправила все это яблочным уксусом! Если бы я могла, то…
Постойте-ка. Но ведь я могу. В голову закрался дьявольский план, а в глазах заплясали чертики.
- Ну, держись, Исаев. Ты будешь краснеть, точно так же как и я, - любуясь своим отражением, я едва сдерживала коварный смех. – Поплачешь у меня.
Жгучая смесь выглядела весьма убедительно и правдоподобная консистенция, послушно смешалась с томатным кетчупом. Да, мстительный ответ был слишком примитивен, но зато, достаточно эффективный. Одной чайной ложки хватит, чтобы их глазки заслезились, а в горле случился пожар. И, меня это вполне устроит. Однажды, мне привелось попробовать индийские приправы наших поваров, отчего я целый час не отлипала от крана с водой. Это было жестко.
Когда я подходила к ненавистному столику, то смотрела прямо в глаза Захара. Такие серые, через несколько минут, они обещали краснеть от жгучей остроты. Я заметила, что почувствовав мое присутствие, его плечи напрягались автоматически. Блондин и покалеченный, ехидно улюлюкали, а я не обращала на это никакого внимания.
- Это вам, - поставила я блюдце с соусом, прямо перед лицом Захара, натянув фальшивую улыбку. – Для сочности.
Исаев демонстративно отвернулся от меня, откашлявшись в сторону. Меня это не задело. Он может делать вид, что от меня дурно пахнет, да что угодно, но я-то знаю, что настоящий смерд тут только один.
Выбежав на улицу, я едва сдерживалась, чтобы не расхохотаться. Мне хотелось скакать по улице, как школьнице, сделавшей маленькую пакость своему соседу по парте. В принципе, по большому счету, так оно и было. Это сейчас мне девятнадцать, мой внутренний мир значительно отстал от основного возраста, и все это кажется мне веселым, но только спустя годы, я пойму, что я лишь усугубляла ситуацию.
Впрочем, я успею пожалеть обо всем. О войне, о переживаниях, о нашей встречи…
***