Руфус оторвался от газеты.
— Канцлер Тевтонии предъявил ультиматум Славонии! Доведут дело до войны, точно говорю!
— Я не читал…
— Напрасно, Ивар! Читать полезно. И для мозгов и для здоровья!
Я пожал плечами. На языке крутилось спросить — как название города, который я осчастливил своим приездом, но я боялся предстать полным тупицей. Приехал сам не знает куда! Блеск! Пора было бы и перекусить. Но доставать продукты здесь, на глазах полицейского я постеснялся. Вдруг здесь запрещено есть?
— Чай будешь?
— Буду.
— Подсаживайся поближе, Ивар.
— У меня хлеб и варенье есть.
— Здорово!
Руфус сложил газету и, погремев ключами, достал из сейфа второй стакан с подстаканником. Подняв чайник, Руфус обнаружил по весу, что он пуст.
— Когда это я его?
Он задумчиво потер затылок.
— Сейчас принесу кипятка. Доставай пока варенье.
Он ушел, а я выложил на газету свои припасы. Телефон загудел так неожиданно, что я подпрыгнул. Телефон не унимался. Я посмотрел на него с неприязнью и поднял трубку.
— Руфус, старина, мы задержимся на пару минут, только не гунди! С меня пара пива!
Сообщил мне в ухо жизнерадостный молодой голос и отключился.
Руфус вернулся с чайником, и я рассказал ему про звонок.
— Это наши сменщики, никак не дойдут, черти! Так что тут у нас?
Варенье и хлеб оставь, а все остальное убери. Еще пригодится!
Заглянувший через десяток минут Петер, обнаружил нас распивающими чай и поедающими бутерброды с вареньем.
— Эгей, мне оставьте.