— Ничего странного, я же живая. Это спириты не меняются.
Говорить ровно спокойно было невероятно тяжело. Нестерпимо горький комок забил горло, разламывал переносицу. Глаза жгло, будто под веки раскалённого песка сыпанули.
— Ну и что? Мне всё равно приятно. Я тут думал…
— Анализировал, Грег. Ты не можешь думать.
— Карту нравится, когда я говорю по-человечески.
Лёгкая обида улиткой проползла по шее, заставляя волоски дыбом встать.
— Я не Карт, Грег. И ты должен знать, что имитация эмоций спиритами таких машин, как твоя, не приветствуется. Ты сообщал об этом майору Крайту?
— Да, доктор Арьере, — вот теперь голос ответил так, как нужно: сухо, по-деловому и совсем не по-настоящему, а ощущение чужих чувств исчезло. — Но майор Крайт утверждает, что для него такой стиль взаимодействия эффективнее. Штатный меха-психолог дал соответствующие рекомендации и разрешения. Вы можете изучить результаты тестов, уровень вашего допуска это позволяет.
— Обязательно изучу, но сейчас мне нужно идти. Конец связи.
Исправно функционирующие спириты, тем более управляющие сложными системами, не умеют колебаться. Они способны обрабатывать огромные объёмы информации и моментально принимают оптимальные решения. А вот Грег молчал. Недолго, может, на это молчание всего-то и потребовалась пауза между двумя ударами сердца, но молчал.
Тиль и сама не знала, что сделала, скажи он: «Я буду ждать». Всё-таки разревелась бы — это точно.
— Конец связи, — отозвался бездушный голос.
И вот тут Тильде пришлось зубы сжать, чтобы не завыть. Она даже переходник обратно в карман на кресле убрать не сумела, так руки тряслись.
Тринадцать лет назад
К местной погоде Тиль так и не сумела привыкнуть. Ну в самом деле, что это такое? До зимнего равноденствия всего-то несколько дней оставалось, новый год скоро начнётся, а за окном вместо чистеньких пушистеньких сугробов только мокрые деревья да голые кусты. И венки из тиса и остролиста, безуспешно пытавшиеся облагородить такую же мокро-унылую арку, выглядели настоящим издевательством, а никаким не украшением. Сплошная тоска.
Дверь боднула о стену, распахнувшись, будто из пушки выстрелили. Мими влетела в комнату и, конечно же, споткнулась о коврик, едва не выронив охапку чистого белья. Девушка швырнула ком на кровать и сверху завалилась.
— Нет, ну вот где справедливость? — патетически вопросила у потолка. — Почему я сама должна собирать эту дрянь?
— Это — не дрянь, а твои панталоны, — мрачно ответила Тиль, натягивая юбку на колени.
Сидеть на каменном подоконнике было не только жёстко, но ещё прохладно, да и из окна сквозило, а трубы парового отопления почти не грели. Нет, хозяйка пансионата на воспитанницах не экономила, просто тут считали, что лишения закаляют тело с духом. Может и так, в закалке Тильда не очень-то разбиралась, но вот постоянный холод, овсянка на воде и «развитие бытовых навыков» успели окончательно надоесть. Ну какой смысл заставлять самостоятельно забирать своё бельё из прачечной или заправлять постель? Всё равно же стирают прачки, а комнаты убирают горничные.
Да и вряд ли девочкам, семьи которых способны заплатить за обучение кругленькую сумму, пригодится умение постель заправлять.
— Знаешь, временами ты бываешь удивительно милой, — протянула Мими.
— Знаю, — буркнула Тиль.