Дальше не происходило ничего интересного: Дримм вторично попрощался с продолжившими свой путь сородичами, дал показания в местной страже, подтвердив преступные намерения купца (впрочем это было уже и ненужно -- взятые на разбое гномы вовсю закладывали шефа, отводя вину от себя) и наконец с чистой совестью и удовлетворением от доброго дела покинул город. Неожиданная история с сородичами приглушила и подавила грусть о закончившихся отношениях с Эликой, и пусть эта грусть и вернулась чуть попозже, но пик был уже пройден, и Дримм, не сказать что легко, но все же сумел ее пережить. А пока фейри, не утруждая себя поисками дорог, шел по лесу и читал многочисленные пришедшие в следствии всей этой истории сообщения. Но несмотря на успешное завершение этой странной и неожиданной миссии, помимо всего прочего прогнавшей зарождающуюся депрессию, какое-то странное ощущение не давало ему покоя -- с самого начало знакомства с Ромашкой, ее братом и сестрой Дримма не оставляло необъяснимое чувство де-жавю, будто когда-то с ним, или не с ним уже происходило нечто подобное...
Великий лес. Заброшенное святилище друидов. Переговоры между главой клана Красного Дракона и Королем гоблинов (пока что только гоблинов Синих болот).
Хррумкаслип -- шаман, посредник на переговорах.
Утомленный уже изрядно поднадоевшими и раз за разом пережевывающими одно и тоже переговорами Хррумкаслип несколько отвлекся и задумался о себе, своей роли во всем этом и о том, что будет после. Шаман не без труда, но все же смог подняться над своими давно лелеемыми амбициями и самокритично признаться самому себе, что он очень сильно недооценил предложение, сделанное ему тогда Пьяным Тигром, и вообще зря влез во все это. Да, он получил плату и довольно таки неплохую -- Драконы как всегда были щедры, Вар не обманул, и в случае успеха переговоров и Королевский двор, и клан будут ему обязаны -- все это так. Но старого и много повидавшего на своем длинном пути шамана неожиданно стало глодать чувство в чем-то похожее на стыд -- при его хоть и косвенном, но все же участи в руки чужаков передавалась одна из святынь Избранного народа и то что в конце концов Горы Силы все же вернутся под руку своего настоящего хранителя, не очень его утешало, ведь при этом погибнут тысячи и тысячи его соплеменников, и осознание этого факта мучило сроду никогда раньше не страдавшего приступами сентиментальности и жалости шамана. Война еще не началась, но жертвы среди народа гоблинов уже были или вернее вскоре должны были быть -- подаренные Драконами списки шпионов горных кланов, сулили сотням не очень верным подданным болотного престола долгую и мучительную смерть.
Хррумкаслип снова отвлекся и не особо прислушиваясь к тому о чем говорят, принялся гулять глазами по обеим договаривающимся сторонам. Король болотных гоблинов, потомок богов и наследник древней и ужасной славы своих предков-королей, не произвел на старого буку особого впечатления -- обычный мелкий, даже мельче чем они бывают, поверхностный гоблин, на первый взгляд какой-то заторможенный и не очень умный, да еще к тому же через чур падкий на лесть. Гораздо большее впечатление производили его подданные, вернее их число и то, как они жили, а также его советники -- покрытые шрамами генералы и шаманы, рядом с которыми подземный кудесник впервые за долгое время почувствовал себя неумехой. Хррумкаслип с горечью подумал, что тот позор, который произошел у них, никогда бы не смог произойти здесь -- самозванец Дагобор был бы мгновенно уничтожен, и вся его колдовская сила и огры, что он привел с собой (и большинство которых коварный и набравший еще больше силы король позже убил) не помогли бы ему взять даже первую из множества крепостей обитателей болот, не говоря уж об их столице, и вообще старый бука (хоть сам он этого и не осознавал, вернее не мог сформулировать) ощущал себя деревенским жителем, приехавшим в город. Но какую бы зависть и чувство собственной неполноценности не внушали ему местные гоблины, Красные Драконы вызывали гораздо более яркие чувства, главным из которых был страх, особенно в этом отношении примечателен был их глава: Дримм сильно изменился за то время, что гоблин видел его в последний раз -- обычный в общем-то фейри, пусть и умело сочетавший в себе воинские и магические таланты, превратился в страшное существо. Внутренний взор шамана ясно различал струящееся вокруг фейри золотистое сияние, пахнущее чудовищной мощью, и следы сожранного духа такой силы, что Хррумкаслип даже в самых сладких своих мечтах не решался представить, что сможет такого призвать, тем более им повелевать, на фоне этого даже не стоящей упоминания мелочью были еще несколько постепенно тающих сущностей, уничтоженных каким-то очень опасным и злым колдовством. Шаман не сомневался, что его болотные собратья видят тоже что и он и поэтому уже не боялся как вначале, что наплевав на договоренности и его посредничество, болотники решаться напасть -- чтобы убить такое могучее существо, что выглядело как обычный фейри, требовалось гораздо больше сил чем у них было, и это даже если бы фейри был один, а не со столь впечатляющей свитой. Шаман поежился, вспоминая сколько бойцов клана сейчас находится в окружающем лесу, и с некоторым затаенным злорадством посмотрел на гвардейцев болотного короля, совершенно терявшихся на фоне здоровущих воинов клана. Полноправные же члены клана вообще подавляли богатством своего снаряжения, и у пришедших на встречу гоблинов до сих пор горели глаза при взгляде на них. Лишь осознание качественного и количественного превосходства Драконов удерживало гоблинов от необдуманных, но диктуемых инстинктом действий.
Васильковое поле, окрестности Узла Всех Дорог Мира.
Пять часов до часа X.
Нынешний день преобразил обычное и ничем не примечательное цветочное поле: на нем за считанные часы выросли шатры, различные сооружения, временные коновязи и площадки для то взлетающих, то опускающихся на него грифонов с всадниками на спинах. Помимо не таких уж и многочисленных грифоньих всадников хватало и другого народа: тут вам и старавшиеся опередить друг друга при получении аванса игроки из разных кланов, суетившиеся так, словно боялись что денег не хватит на всех и последние останутся с носом; и разделенные на два неравных отряда наемники из одноименной гильдии, презрительно глядевшие на всю эту суету; и крупный отряд, отправленный начальником стражи Узла, обеспокоенного появлением у стен города многотысячного войска; и еще одна группа игроков, что прибыли совсем недавно и держались особняком -- в отличие от большинства они не стояли в очереди за авансом и вообще по своему поведению сильно отличались от остальных нанимавшихся для боя воинов и магов, были как-то серьезней что ли и не имели вокруг себя ауры насилия, обычной спутницы живущих за счет лута игроков, хотя доспехи и оружие у них были не хуже, а может быть даже где-то и получше чем у остальных; имелся и совсем крохотный отрядик из антагонистов стражи, а именно из нескольких контрабандистов с охраной, контрабандисты подозрительно косились на безмолвно наблюдавших за происходящим на поле стражников и демонстративно не занимались никакими делами; еще фермеры, что решили поглазеть на неожиданно появившееся рядом с их фермами столпотворение и заодно под шумок продать кое-что из продукции своих хозяйств; купцы -- примерно с теми же мотивами что и фермеры и успевшие на пару с ними организовать что-то вроде рынка под открытым небом; какие-то совершенно посторонние личности, как игроки, так и неписи, эти шатались повсюду и пристававшие ко всем с вопросами; ну и конечно нельзя было не заметить и устроителей всего этого -- клан Красных Драконов был везде, и именно он организовывал толпу и не давал воцариться абсолютнейшему хаосу.
Драконы впервые показывали всем свою настоящую силу и надо сказать, другие кланы были впечатлены -- одно только то, что Драконы имели свыше полусотни всадников на грифонах (больше чем любой другой клан в Серединном мире), дорогого стоило, а ведь кроме грифонов имелась еще больше тысячи заготовок, не говоря уж о на зависть всем снаряженных членах клана, численность которых если и не перевалила за полутысячу, то вплотную подошла к этому барьеру. Казалось бы, что такое полутысяча игроков? Были кланы и побольше, много, много больше ( самым большим в Серединном мире считался китайский клан Великая Стена, насчитывающий до 300 тысяч активных членов), но такого стабильно высокого уровня всех членов клана и такой уже упоминаемой концентрации дорогого снаряжения в этом регионе не было ни у кого. Но все же главной демонстрацией мощи и отличия Драконов от остальных кланов было не снаряжение и оружие и даже не количество заготовок и имеющихся грифонов-маунтов, а те чудовищные средства, что клан смог выложить для найма трех с лишним тысяч игроков, трех тысяч сильной и хорошо вооруженной наемной пехоты из неписей и постройке портала (никто так до сих пор и не узнал про умения главы Драконов), который и должен был перебросить все собранные Красными Драконами силы до нужного и пока что известного только им места. В сохранении секретности клан нанимателей показал себя настоящими параноиками, и никто из многих интересовавшихся, куда это Драконы вкладывают такие бешеные деньжищи, так и не смог узнать ничего конкретного, кроме того что клан сам соизволил рассказать.
Ожидание затягивалось, вместе с ним росло и напряжение, вот уже последние из получивших аванс игроков влились в общую толпу, из которой уже начали раздаваться постепенно становившиеся все более частыми вопросительные выкрики, а портал все также представлял из себя мертвые изрезанные рунами столбы, образующие ворота десяти- метрового диаметра. Некоторое оживление вызвал караван повозок, что сопровождали еще несколько сотен заготовок, в которых более опытные игроки опознали не предназначенных для боя ремесленных и добывающих заготовок, груз же опознать не удалось -- он так и остался скрыт под плотными рогожами.
Разговоров про караван хватило на полчаса, а потом игроки вновь начали волноваться, пытаясь выяснить у нанимателей, когда же начнется обещанное рубилово и сколько им еще здесь торчать. Ответы, что столько сколько нужно, совершенно не удовлетворяли разрозненную и недисциплинированную орду из представителей десятков кланов и сотен пока что не нашедших себе компанию или не любивших толкаться локтями одиночек.
Наконец среди командного состава Драконов началось оживление, которое через несколько минут перекинулось на все разнородное воинство: перед порталом сконцентрировался отряд из сотни воинов клана Красного Дракона, между ними начали ходить маги, накладывая на каждого из них защитные и усиливающие чары, наемники- неписи принялись облачатся в доспехи и строится, а остальные члены клана-нанимателя и их многочисленные заготовки стали концентрироваться в разнородные, разночисленные и явно предназначенные для конкретно-определенных дел отряды. Игроков также сумели построить во что-то вроде колонны и подвели поближе к порталу, поставив их в третью очередь после сотни воинов и обосновавшейся на втором месте полусотни владельцев грифонов, чьи маунты чувствовали всеобщее напряжение и иногда в порыве чувств издавали птичий клекот, похожий на рычание, или наоборот рычание с примесью птичьих голосов. На поле вновь опустилось ожидание, но оно кардинально отличалось от того, что было буквально несколько минут назад -- вместо тягостного безделья -- струна, звук, держащий в напряжении и заставляющий каменеть мышцы в ожидании действия и по мере того как шли минуты, это напряжение все росло, натягивая струну все больше и больше. На поле опустилась полная тишина, утихли ездовые животные, даже птицы в окружающих поле рощах и те замолчали -- все, абсолютно все и те, кто находился здесь по праву, и случайные прохожие смотрели на оказавшийся в центре всеобщего внимания портал....
Гоблинские горы, Большой серебряный рудник, Первая северная шахта (давно выработана).
20 минут до часа X.
Тощая рудничная крыса, с жадностью и наслаждением глодавшая большого и несмотря на отсутствие головы и части туловища все еще шевелившегося таракана, замерла и насторожилась, морда с красными глазами-бусинками несколько раз повернулась из стороны в сторону и уставилась на залитую водой впадину, что примостилась у стены между двух куч пустой породы. Серая несколько мгновений не мигая смотрела на вроде бы совершенно спокойную воду, а потом выпустив из лапок недоеденного (!) таракана, стремительно бросилась прочь. Не успел еще стихнуть цокот когтей напуганной зверушки, как мутная от каменной пыли вода вспузырилась и из нее на поверхность вынырнул какой-то черный предмет, оказавшийся головой в глухом шлеме. Голова несколько мгновений рассматривала окружающую обстановку, а потом погрузилась обратно, но лишь на мгновение, а затем и голова и все остальное что к ней прилагалось выметнулись из воды, подлетели в воздух и приземлились в двух метрах от породившей их лужи. Очутившаяся на берегу фигура в черных доспехах как легкую тростиночку перекинула из руки в руку и обратно огромный двуручный меч, вновь повертелась из стороны в сторону и никого не увидев и не почуяв, развернулась к луже, откуда пусть и не так стремительно начали появляться все новые и новые доспешные воины.
Дримм -- глава клана Красного Дракона.
Несколько минут сопровождаемый прикрытием Дримм быстро шел по становившемуся все более и более широким тоннелю, придирчиво и с недовольным выражением лица рассматривая его стены, потолки и пол, и в конце концов нашел то что нужно: довольно ровный участок стены с более-менее гладким полом и высоким повышающимся почти до трех метров потолком.
Пути назад уже не было -- все завертелось, и Дримм полностью погрузился в непростой и требующий предельной точности процесс создания постоянного портала. Первым делом фейри занялся матовыми сферами -- одним из подарков Хозяина Путей, полученным одновременно с расовым классом: несколько слов и положенная на ладонь сфера легонько засветилась, поменяв цвет с голубого на зеленый, и по виду стала напоминать кусок тумана, хотя Дримм все также ощущал ладонью плотный чуть теплый камень, но крупный необработанный и потому не очень красивый внешне алмаз канул в сферу как в стакан воды, доказав этим что зрение все же не подвело и по крайней мере частично сфера уже не была обычным камнем. Вторую из приготовленных Дриммом сфер постигла та же судьба и очередной алмаз, брат-близнец первого, занял свое место внутри нее. Проверив что все сделано верно, Дримм отложил начавшие созревать сферы до времени в сторону и продолжил работу. Теперь его вниманием завладела стена пещеры, которую Дримм начал как бы охлопывать ладонями, приговаривая при этом слова на фейрийском языке. Спустя несколько минут он прервался и вернулся к сферам, которые к этому моменту выросли в диаметре и сменили тусклый зеленый свет на гораздо более яркий белый. Фейри не стал брать изменившиеся камни голой рукой, вместо этого он надел украшенную зелеными камнями перчатку и стараясь не касаться сфер ничем кроме перчатки, по одному перенес их к стене, расположив на расстоянии 15-ти метров друг от друга. Потом Дримм отошел на десяток метров и встав на равном расстоянии между светящимися все сильней и сильней сферами, напрягся и застыл, направив руку в перчатке точно в середину получившихся своеобразных ворот. Минуту ничего не происходило, а затем по ушам всех находившихся в тоннели ударил легкий хлопок, и на месте сфер образовались высокие, расписанные рунами столбы, несколько секунд после создания похожие на полупрозрачную голографию или оптический обман, но вскоре уплотнившиеся и заматеревшие, что подтвердило похлопывание по ним уже снявшего перчатку Дримма.
Фейри довольно оглядел свою работу и уселся в позу медитации, спеша пока портал набирается сил восполнить изрядно потраченную при его создании ману. Через 10 минут он встал, помог естественному восстановлению зельем, выпил еще одно, на несколько часов усиливающее и без того немалые возможности фейрийского организма, и небрежно, словно переворачивая страницу книги, махнул ладонью...
Интерлюдия.
Ликвидация.