Умберто Эко - Отсутствующая структура. Введение в семиологию стр 13.

Обратимся в связи с этим к известному треугольнику Огдена и Ричардса 16, изображенному ниже.

Пусть символом в данном случае будет знак естественного языка, например, слово "собака". Связь между словом и вещью, на которую оно указывает, в общем, условна и никак не мотивирована природны­ми свойствами собаки. В английском языке стояло бы не "собака", а dog, и ничего от этого бы не поменялось. Отношение между символом и вещью составляет то, что называется референцией, или, как говорит Ульманн17, "информацией, которую имя сообщает слушателю". Это определение пока что нас вполне устраивает, поскольку оно покрыва­ет собой то, что одни называют понятием, другие — мысленным пред­ставлением, третьи — условиями употребления того или иного знака и т. д. Во всяком случае, очевидно, что в то время как связь между символом и референтом остается сомнительной, при том что ее про­извольный внеприродный характер сомнению не подлежит, связь, устанавливающаяся между символом и референцией, непосредствен­на, взаимна и обратима. Тот, кто говорит слово "собака", думает о собаке, а у того, кто это слово слышит, рождается в голове образ собаки.

15 Из обширной библиографии на тему см Adam Schaff, Introduzione alla semantica, Roma, 1965, Pierre Guiraud, La semantica, Milano, 1966, Tullio de Mauro, Introduzione alla semantica, Bari, 1965, Stephen Ullmann, La semantica, Bologna, 1966, W VO. Quine, Il problema del significato, Roma, 1966, L Antal, Problemi di significalo, Milano, 1967

16 C К Ogden, I. A Richards, Il significato del significato, Milano, 1966.

17 См. всю главу 3, Op cit, pp 90—130 В частности анализ воззрений Блумфилда (Language, N Y , 1933)

49

1.3.

Спорам об отношениях между символом, референтом и рефе­ренцией нет конца. Скажем по этому поводу только, что, по сути дела, дискуссии о референте не подлежат ведению семиологии 18 . Те, кто занимается проблемой референта, хорошо знают, что символа из ре­ферента не выведешь, поскольку бывают символы, у которых есть референция, но нет референта (например, слово "единорог" отсылает к несуществующему фантастическому животному, что нисколько не мешает тому, кто слышит это слово, прекрасно понимать, о чем идет речь); бывают также символы с разным значением, а референт у них один: всем известен пример из астрономии с утренней и вечерней звездой, относительно которых древние полагали, что утренняя звез­да это одно, а вечерняя это другое, между тем, как установила совре­менная астрономия, оба значения отсылают к одному и тому же референту, точно так же два выражения, такие как "мой отчим" или "отец моего сводного брата", относятся к одному и тому же референ­ту, хотя значения их не совпадают, они принадлежат разным контекс­там и эмоционально окрашены по-разному. В некоторых семантических теориях денотатом, или означаемым некоего символа, считается целый класс вещей, существующих в действительности и охватывае­мых данным представлением (слово "собака" относится ко всему классу собак), в то время как коннотацией называют совокупность качеств, приписываемых собаке (набор тех свойств, по которым зоо­логи отличают собаку от прочих четвероногих млекопитающих). В таком случае, получается, что денотация это то же самое, что и экстенсивность понятия, и тогда коннотация совпадает с его интен­сивностью 19. В нашем исследовании мы не будем пользоваться терми­нами денотация и коннотация в этом значении.

1.4.

Наличие или отсутствие референта, а также его реальность или нереальность несущественны для изучения символа, которым пользует­ся то или иное общество, включая его в те или иные системы отноше­ний. Семиологию не заботит, существуют ли на самом деле единороги

18 Среди авторов, напротив, особенно выделяющих проблему референта, помимо Блумфилда, упомянем исследователей материалистической ориентации (мы не говорим "марксистской", т. к. их позиция определена "Материализмом и эмпириокритицизмом" Ленина), таких как уже цит. Шафф и Л. В. Резников (L. О. Reznikov, Semiotica e marxismo. Milano, 1967).

19 По поводу такого использования терминов см., в частности, A. Pasquinelli, Linguagio. scienza e filosofia, Bologna, 2a ed., 1964 (приложение А), где сравниваются и обсуждаются позиции Рассела, Фреге, Карнапа, Куайна, Черча. См. также Ludovico Geymonat, Saggi di filosofia neorazionalistica, Torino, 1953, (Исчерпывающая библиография у Шаффа).

50

или нет, этим вопросом занимаются зоология и история культуры, изучающая роль фантастических представлений, свойственных опре­деленному обществу в определенное время, зато ей важно понять, как в том или ином контексте ряд звуков, составляющих слово "едино­рог", включаясь в систему лингвистических конвенций, обретает свойственное ему значение и какие образы рождает это слово в уме адресата сообщения, человека определенных культурных навыков, сложившихся в определенное время.

Итак, семиологию интересует только левая сторона треугольника Огдена — Ричардса. Зато она рассматривает ее с большим тщанием, отдавая себе отчет в том, что здесь-то и рождается все многообразие коммуникативных явлений. Так, идя от значения к символу, мы полу­чаем отношения именования (ономастика), когда какие-то смыслы привязываются к какому-то звуковому образу, и напротив, взяв точ­кой отсчета звучание, мы получаем отношения семасиологического порядка (какой-то звуковой образ получает определенное значе­ние) . К тому же, как мы увидим далее, отношения между символом и его значением могут меняться: они могут разрастаться, усложняться, искажаться; символ может оставаться неизменным, тогда как значе­ние может обогащаться или скудеть. И вот этот-то безостановочный Динамический процесс и должно называть "смыслом". Именно в таких значениях, определив их раз и навсегда, мы и намерены упот­реблять соответствующие термины, памятуя о том, что некоторые авторы толкуют их по-другому .

1.5.

Напомним, однако, ради более точного словоупотребления о некоторых разграничениях, введенных соссюровской лингвистикой, которые представляются нам весьма уместными в семиологическом исследовании (и действительно, цель предлагаемых читателю глав как раз и состоит в том, чтобы показать пригодность соссюровских кате­горий не только к исследованию речевой деятельности, но также и визуальных кодов).

Соссюр определяет лингвистический знак как неразрывное един­ство означающего и означаемого, сравнивая их с двумя сторонами одного листа бумаги: "лингвистический знак объединяет не вещь и имя,

20 Кроме Ульманна, cit, см. также: Klaus Heger, Les bases méthodologiques de l'onomasiologie et du classement par concepts, in "Travaux de linguistique et de litt", III, 1, 1965; с анализом работ Бальдингера, Вейнрейха, Огдена и Ричардса, Косериу, Потье и др.

21 Например, Ульманн пользуется этими терминами совсем не так: вершина треугольника для него "смысл", тогда как "означаемым", сравнимым с "meaning" и понимаемым как непрестанно расширяющийся процесс означивания, у него оказывается вся левая сторона треугольника. Мы предпочитаем держаться более принятой среди французским семиотиков терминологии.

51

но понятие и акустический образ" . Означаемое это не вещь (означае­мое "собака" это не та собака, которую изучает зоология), и означающее это не ряд звучаний, составляющих имя (звукоряд "собака", изучаемый фонетикой и регистрируемый с помощью электромагнитной ленты). Оз­начающее — это образ этого звукоряда, в то время как означаемое это образ вещи, рождающийся в уме и соотносящийся с другими такими же образами (например, дерево, arbor, tree, baum и т. д.)