Всего за 89 руб. Купить полную версию
Через десять минут телефон зазвонил снова. Какой-то тип хриплым басом заявил, что он - Эд Киллино. Это имя было мне незнакомо, но я заявил,
что в восторге от возможности говорить с ним.
- Я узнал, что вы приехали, Кен, - проговорил он, - и хочу, чтобы вы знали, как рады мы вас здесь приветствовать. Если я смогу что-нибудь
сделать, предупредите меня. В отеле вам скажут, где можно меня найти.
Он повесил трубку раньше, чем я нашелся, что ответить. Из любопытства я позвонил в контору отеля и осведомился, кто такой Киллино. Понизив
голос, мне ответили, что это мэр. Я поблагодарил и вернулся на балкон.
Солнце сверкало на золотом пляже, океан казался ослепительно голубым, пальмы раскачивались под дуновением ленивого бриза. Парадиз-Палм был
все так же хорош, но у меня вдруг почему-то появилась мысль, что это слишком хорошо, чтобы быть настоящим.
- У меня возникло предчувствие, что что-то обязательно должно произойти...
***
Я ехал в машине по бульвару возле самого океана. Движение было очень интенсивным, приходилось ехать не спеша. Сырой соленый морской воздух
наполнял ноздри, удары волн резонировали в ушах. Была одна из тех ночей, о которых пишут в книгах. Звезды походили на россыпь бриллиантов на
черном бархате неба.
Я свернул в аллею, которая вела к ярко освещенному зданию с фасадом из мрамора серо-синего цвета, хотя это могло быть и стеклом, и
керамикой. Над первым этажом из огромных букв было составлено слово: «КАЗИНО».
Здание было освещено до такой степени, что казалось сплошным источником света. Это выглядело очень необычно.
Швейцар-негр, на форменной тужурке которого ярко горели медные пуговицы, раскрыл передо мной дверь, другой негр приблизился, чтобы отвести
в гараж мою машину.
Я очутился в длинном коридоре, по обеим сторонам которого были расположены отдельные кабины. В конце коридора, под аркой, находился
гардероб, которым ведала молодая блондинка.
- Гардероб, мистер? - прогнусавила она.
Я пожирал ее глазами. На ней была кофточка, голубая как небо, облегающая, открытая до талии и слабо зашнурованная черным шелковым шнурком.
Под кофточкой не было ничего. Костюм такого рода вызывает жар у всех, за исключением его владелицы.
Я протянул ей шляпу и дружески подмигнул, сделав ей любезный комплимент.
- Мне кажется, что со мной случится истерика, если я не буду каждый вечер слышать одно и то же, - вздохнула она. - Моя работа заставляет
меня выглядеть так, чтобы это было приятно клиентам.
Я остановился, чтобы закурить.
- Прошу прощения, принцесса, я не привык к большому свету. Я - домосед, а сидя в своем углу, перестаешь следить за модой.
- Это ничего, - с улыбкой проговорила она. - Я люблю разнообразие. Здесь же все мужчины кажутся вышедшими из одной и той же дыры.
- Тем не менее, некоторые из них более расторопны, чем другие, - возразил я.
Она расхохоталась. Так как появились трое мужчин, желающих сдать в гардероб свои шляпы, я прошел под аркой и оказался в самой шикарной
ночной коробке, о которой только можно мечтать. Все выдержано в пастельных тонах, освещение от невидимых источников света, с одной стороны
великолепный бар. Замечательный зал с помещением для оркестра и небольшой площадкой для танцев в центре, сделанной, казалось, из черного стекла.