Я направилась прямиком к туалетам. Большинство девочек, в том числе и Табита, успели переодеться. До звонка оставалось всего несколько минут, а на мне до сих пор были спортивные шорты и толстовка. Впрочем, опоздать на следующий урок я почти не боялась, зато сразу же ворвалась в ближайшую кабинку и рухнула на колени над унитазом. Беда в том, что сегодня я не ела. Позавтракать означало провести время с бабушкой и дедушкой, а в последние дни я такого сценария избегала, как могла. Поэтому меня пару раз вывернуло наизнанку всухую. Но это все-таки лучше, чем если бы меня рвало по-настоящему.
Поднявшись, я на ослабевших ногах поковыляла к раковине. Одна из девочек смотрела на меня так, словно я отрастила вторую голову. Еще парочка спросила, все ли со мной путем. В ответ я кивнула и стала плескать в лицо холодной водой, проворчав нечто нечленораздельное, когда прозвенел звонок. Теперь-то уж точно опоздаю.
— Ты как? — спросила только что появившаяся Бруклин.
— Порядок. Вот только звонок уже был. Надо спешить.
— Лор, что случилось?
Я промокнула лицо бумажным полотенцем.
— Ничего. Просто волнуюсь из-за опоздания.
Подруга мне не поверила, что стало ясно, когда она проговорила:
— Я тебе не верю, а это значит, что нам с тобой, Лорелея Макалистер, предстоит долгий разговор.
Приехали. Она назвала меня по имени и фамилии. Все, мне крышка.
— Почему бы вам, девочки, не обсудить свои проблемы сегодня вечером?
Мы с Брук развернулись и уставились на моего заклятого врага. Табита вручила мне розовую бумажку с какими-то каракулями и маленькой картой, нарисованной от руки.
— Приходите. Можно будет поговорить о чем угодно.
Брук отобрала у меня листок:
— Вечеринка? Ты нас на вечеринку, что ли, приглашаешь?
Табита глянула в зеркало и поправила блондинистые локоны.
— Просто решила, что вам не помешает развеяться. У нас мальчики будут. — С хитрой улыбочкой она забрала бумажку у Брук и снова протянула мне. — Мы с тобой тоже можем поболтать. Ну, знаешь, о своем, о женском.
С этими словами она игриво подмигнула и ушла, а Брук уставилась на меня с отвисшей челюстью:
— Что все это значит? И с каких это пор ты разговариваешь с той, чье имя нельзя произносить вслух? Тем более после того, как она размазала тебя по дереву?
Я посмотрела на бумажку. Признаюсь, мне было любопытно, хотя и не очень сильно.
— Если ты не заметила, — наконец проговорила я, затолкав бумажку в карман, — я ни слова не сказала. Говорила она.
Бросив подругу, я пошла к шкафчику переодеваться. В спешке не было нужды. Опоздание я уже заработала.