— И очень сексуальная! — добавил к комплименту Роланд и, обогнав гитариста, подхватил Джулию, аккуратно опуская на ноги.
— Сексуальная и кровавая! — подметил Харви, указав палочками на багровые разводы на белой блузе от пропитавшихся перчаток.
— Черт! — выругалась девушка. — Надеюсь, мало кто заметил!
— Свет менялся, так что, думаю, никто ничего и не увидел. Давай лучше отведем тебя в гримерку, переоденем и перемотаем рану! — предложил ударник, не задумываясь, поднял Джулию на руки и понес в указанное место. Правда, там их ожидал сюрприз, и сидел он в кресле у зеркала, смущая своим видом побледневшую стилистку, прижавшуюся к стеночке.
— Ему показалось мало, так он пришел, чтобы мы довершили начатое теми девицами? — хмыкнул Харви.
Волкан не обращал внимания на музыкантов, сосредоточенно рассматривая девушку. Ее поставили на ноги, но попытку приложить кулаки к физиономии красавчика, Джулия внезапно остановила сама, убедив ребят, что ничего страшного от ее общения с сим господином не произойдет.
— Ну, если начнет происходить… — недоверчиво оглядел блондина Роланд. — Мы за дверью постоим.
Парни вышли.
— Сьюзи, ты не могла бы взять ножницы? — попросила помощи украинка, протягивая истекающую кровью руку стилистке. Сью приобрела цвет белоснежного постельного белья и выскочила за двери, чтобы побить рекорд по бегу кроссом до уборной.
— Началось? — заглянул в гримернцю не унимающийся Роланд.
— Нет! — крикнула Джулия. — Это реакция на вид крови.
— Позволите? — Волкан грациозно поднялся с кресла, взял ножницы и направился к девушке. Он не интересовался ее разрешением и, мягко обхватив запястье раненой, быстро надрезал ткань перчатки, легко размотал пропитанные бинты, швырнул их на пол, а уже через мгновение в маленькой комнате появился менеджер заведения со свежими марлевыми повязками. Джулия только и смогла молча удивиться, подумав, что уж этот товарищ точно заметил кровавые отпечатки на блузе во время выступления. Пара каких-то минут, и ее рука была чистой, перемотанной.
— Спасибо! — поблагодарила девушка, отстраняясь от красавчика, не выпускающего ее запястья. — Что вам понадобилось?
Она скрылась за ширмой, сбрасывая с себя вещи. Рана болела до отвращения, и певице хотелось плакать при каждом движении, но Джули упорно скрывала это.
— Я могу помочь и здесь! — явился за ширмой Волкан, уже раздевая девушку взглядом.
— А я могу нанести сокрушительный удар по вашему мужскому достоинству своим коленом! Будьте добры!.. — попросила его уйти с глаз долой она. Алан усмехнулся ее манере разговаривать и сделал одолжение — вернулся обратно в кресло, дожидаться, когда девушка переоденется.
— Итак, что вам надо от меня? — поинтересовалась повторно Джули.
— Ничего особенного, просто приглашаю отужинать со мной! — признался парень, но на уме у него было совершенно другое, и украинка прекрасно поняла, что именно.
— Это будет ужин плавно переходящий в завтрак в вашем доме?
— Возможно, — улыбнулся он. Девушка вышла из-за ширмы, одетая в более-менее простую одежду для звезды: черные обтягивающие штаны, кофту, сверху накинула широкий шарф.
— Тогда уж простите, но я приду не одна… — Изобразила святую невинность и тут же выдала знаменитую фразу из советского фильма «Формула любви»: — С кузнецом!
Приоткрыла двери, впуская парней из группы, облокотилась об их широкие плечи и внесла некоторую поправку: