К вечеру достигли подножия гор. Это издали они казались близкими, а на деле пришлось нам до вечера ноги топтать. Я еще ничего, а вот гоблины валились с ног от усталости.
— Не спать! Один за хворостом и костер разжигает, другой готовит. Хотя нет, оба за хворостом и по сторонам поглядывайте. Сам приготовлю.
Гоблины хотели кинуть свою поклажу, но увидели мой свирепый взгляд и аккуратно все сложили. Сам я был несколько расхлябан, но от других требовал аккуратности. Я дождался, пока они принесут хвороста, отправил их набрать ельника, чтоб сделать подстилки. Сам не без труда разжег огонь. В котелок добавил воды, из пробегающего рядом ручейка и поставил кипятиться. Когда она закипела, покидал туда кусочки вяленного мяса и крупы, посолил, добавил немного специй. Попробовал. Вкусно, размешал, чтоб каша не пригорела, и оставил доходить.
— Ммм, как пахнет! Спасибо хозяин!
— Куда грязные лапы суете? Вон ручей ну ка живо лапы мыть. И есть после меня будете, что оставлю!
— Хорошо.
Сам я руки вымыл раньше. У нас в гарнизоне врачеватель говорил, что многие болезни от маленьких невидимых существ происходят, которые разносят болезни и что перед едой руки мыть надо. Он еще много чего говорил, но я только это почитай и запомнил, ну там и как с ранами обращаться. И как раны наносить. Ел я степенно, черпая разваристую душистую кашу деревянной ложкой, купленной в Метахе. Мранк и Дранк дрожали от нетерпения, когда я же дам поесть и им, даже слюни пускали. Наконец я сжалился.
— Держите, доедайте. Лапами не есть, котелок помыть. И если увижу кто в ручей нужду справляет — проучу!
— Да хозяин!
«Не через чур ли я строг с ними? А то еще прирежут ночью? Надо бы с ними поласковее и спать в полглаза», — подумал я проваливаясь в сон.
— Апчхи! АПЧХИ!!!
Вот тебе и хваленое единение с матушкой землей. Лучи солнца или, как оно здесь называлось, Чи, ярко сверкали, играя бесчисленными цветами над покрытыми снегом вершинами.
Воздух был кристально чист, чудесный сосновый аромат наполнял легкие и все бы ничего, если б не проклятая простуда.
— Апчхи! АПЧХИ!!! — мой преисполненный ярости и страдания чих взметнул с расположенной в паре десятков шагов сероватой скалы пару птиц и ускорил спешащих ко мне и о чем-то галдящих братцев.
Ветер, дующий с гор, не добавлял тепла, не спасали даже теплый плащ и шерстяное одеяло, в которые я завернулся.
— Хозяин! Мы принесли! Ты будешь доволен! — Мранк и Дранк, перебивая друг друга, бежали ко мне со всех своих коротких лап.
— Что там у вас, пройдохи!?
— Вот! Вот! — с этими словами они протянули, зажатые в грязных лапах пучки блеклой синеватой травы с перламутровыми прожилками.
— Апчхи!
Вместе с чихом вылетел комок зеленоватых слюносоплей. Изгвазданную руку вытер об штаны Мранка, он даже глазом не повел, и вопросительно уставился на подручных.
— Это мадсаам! Это лечебная трава! Нам всегда ее бабушка давала, как болеть начинали. Еле нашли!
— И что с ней делать? Есть? Пить? Курить? А? Отравить меня удумали? — насел я на них с вопросами.