Всего за 154.9 руб. Купить полную версию
– Благодарю вас, барон, – с царственным величием наклонила голову Катарина, – обычно этого сорванца не так просто сыскать.
– Служить вам – мой долг, – изящно поклонился тот в ответ.
– Сын мой, – обратилась тем временем герцогиня к сыну, – я чрезвычайно разочарована поведением Вашей Светлости! Скажу более, вы до крайности огорчили меня. Его преосвященство мне все рассказал, и я намерена примерно наказать вас.
Все это Катарина произнесла печальным, но вместе с тем торжественным тоном, с поистине королевским величием. Однако реакция юного принца оказалась весьма неожиданной:
– Матушка, как послушный сын я приму любое ваше наказание, однако настоятельно требую, чтобы меня именовали согласно моему титулу!
– Что это значит?..
– Прошу прощения, – счел необходимым вмешаться Кароль, – но это я объяснил принцу Карлу Густаву, что он старший сын русского царя и потому имеет право титуловаться его высочеством…
– Варварский титул, – негромко фыркнул Глюк, – он не может быть ровней европейскому!
– …к тому же, – продолжал фон Гершов, не обращая внимания на слова епископа, – указом Его Царского Величества я назначен старшим воспитателем его высочества. Поэтому я не могу согласиться с необходимостью наказания моего подопечного, до той поры, пока не узнаю обо всех обстоятельствах дела.
– Как вы смеете оспаривать решения ее королевского высочества? – возмутился Глюк. – Это неслыханно!
– А разве герцогиня уже приняла решение? Простите, я его не слышал!
– Хорошо, – согласилась Катарина, – ваше преосвященство, соблаговолите повторить ваш рассказ.
– Только из уважения к шведскому королевскому дому… – поджал губы епископ. – Впрочем, извольте. Сегодня Его Светлость, принц Карл Густав, были чрезвычайно неусердны в изучении наук. Несмотря на мои неоднократные кроткие увещевания, принц не пожелал изменить свое поведение, и когда я пообещал его наказать… заметьте, только пообещал! Так вот, услышав о наказании, Его Светлость изволили кинуть в меня бронзовой чернильницей, от каковой я увернулся совершеннейшим чудом.
– Это неправда! – возмущенно воскликнул Карл Густав, но фон Гершов, положив руку на плечо мальчика, успокоил его порыв.
– Сохраняйте спокойствие, мой принц.
– Вот видите, – патетически воскликнул Глюк, – а теперь он обвиняет во лжи своего духовного отца!..
– Ваше преосвященство, – прервал его излияния барон, – позвольте задать вам один уточняющий картину произошедшего вопрос. Так сказать, чтобы видеть ее целиком во всех деталях.
– Извольте.
– Чернильница полетела в вас до того, как вы совершили оскорбление величества или после?
– Что за домыслы!
– Я настаиваю на своем вопросе, преподобный! Это случилось до того, как вы дерзнули назвать великого герцога Иоганна Альбрехта, на землях которого сейчас находитесь – беспутным?
– Вы мне этого не говорили, – заметила герцогиня.