Всего за 119 руб. Купить полную версию
С первого взгляда может показаться, что у нее началась паранойя, и уж она была бы просто счастлива, если бы это было на самом деле так. Тогда можно было б успокоиться и прекратить вглядываться в каждого человека в своем окружении, выискивая хитроумного врага.
Но это была не паранойя, это была реальность. Ее жизнь. Которую кто-то медленно и уверенно уничтожал, шаг за шагом.
В двадцать, Дима прекратила искать своего брата и отца. Отчаялась. Опустила руки. У нее было пару зацепок, но все они вели в тупик. Никто, спустя такое количество лет, не мог узнать ни Руслана, ни ее отца. У нее, конечно, оставалась надежда, но она постепенно угасла.
Потом завертелись непонятки с Сургутом, попытка его убийства, к счастью, неудачная, и у нее сорвало башню от осознания, что она могла и его потерять безвозвратно.
Бурный роман. Чувства, за которыми никого не видишь, кроме него. Только он. Везде. Во всем.
И неминуемая катастрофа, отобравшая все, что было, и то, чего не случилось.
Дима только в больнице смогла все проанализировать до конца. Сопоставить каждое слово и каждое движение тех мразей.
Садистское наслаждение читалось у той падали в глазах. Это наслаждение и боль ей в кошмарах снились.
Этим людям дали гарантии: они могут делать все, что им хочется с ней, а им за это ничего не будет.
Дураки, поверили. Зря.
Она теперь тоже умеет, пытками развязать язык, так, что человек начнет каяться даже в том, чего не делал никогда, лишь бы она прекратила и сделала все быстро.
Легче, правда, не стало, и удовольствия она не получила, даже капельки удовлетворения не вышло найти в душе.
Ни-че-го.
Пусто там стало.
Тоска только пожирала. Или, лучше сказать, сжирала ее заживо.
Тоска по дому.
Вопрос только: где он теперь, — ее дом?
«Второй, прием! Как слышишь меня?»
«Первый, приём! Нормально слышу. Что такое?»
«Ты далеко забежала, Дим, можешь обратно возвращаться.»
«Поняла! Бегу.»
И побежала в обратном направлении.