И чуть не бегом Селия припустила к дому.
Дарваль проводил ее взглядом, вошел во двор, проверил, крепко ли заперта калитка и усмехнулся.
"Никогда не знаешь, где найдешь, где потеряешь."
А письмо пусть полежит, место не промнет. Глядишь — и пригодится…
В столице Империи день клонился к закату, заканчивали работу ремесленники и пустел базар. Простой люд спешил по домам — насладиться обществом семьи, поужинать и скоротать вечерок за игрой с детьми, подготовкой к следующему дню или просто посидеть с кружкой горячего отвара или вина — кому что позволял достаток — с приятелями или соседями. Обсудить положение страны, императорскую чету, перспективы урожая или новые налоги. Кто-то выдавал замуж дочь, кто-то оправлял учиться сына, а кто-то только ждал рождения первенца — найти тему для беседы никогда не составляло труда.
Империя процветала, отличные дороги разбегались от столицы в разные уголки страны, разбойников всех давно вывели, а если какой вдруг обнаруживался, то быстро отлавливался и примерно наказывался. Урожаи радовали, люди жили в достатке и были уверены в завтрашнем дне. Единственное, что омрачало — отсутствие наследника. Да хоть бы и наследницы, но у Правителей детей не было. Конечно, какие их годы, еще успеют, но в народе из уст в уста передавали предсказание, которое в день принятия власти, напророчила Императору провидица — сытые и благополучные годы ожидают страну под рукой Императора Ариона — долгие годы благоденствия и процветания. Но не будет у правителя наследника и когда он покинет этот мир, некому будет взять в руки бразды правления и страна погрузится в уныние и разруху, если Гордость не сумеет покорить Нежность и они вместе не дадут жизнь Силе.
Странное пророчество, мало что в нем понятно. Но пока оно сбывалось — было благоденствие и не было наследника.
Графиня де Соммери сидела у окна и от нечего делать смотрела на медленно исчезающее за холмом солнце.
Вот уже три месяца она не видела дель Риво и не понимала, куда он запропастился. Примчался однажды днем, облапил ее и сказав, что уезжает на месяц-полтора в родовое гнездо, умчался прочь. Графиня попыталась напроситься в попутчики, но узнав, что путешествие предполагается не порталами, сразу передумала. Трястись несколько недель в карете, ночевать на постоялых дворах ради какого-то клочка бумаги — нет уж, увольте! Она прекрасно проведет время в столице.
Но вот минул третий месяц со дня отъезда — а Тамиля нет и нет. Это начинало беспокоить.
Графиня немало потратила сил и времени, приручая этого мужчину и так просто отказываться от почти свершившейся мечты не собиралась.
Если бы не этот гадкий мессир дю Гранье, который везде с Тамилем, как его тень, герцог уже давно был бы на ней женат.
Справедливости ради надо сказать, что на герцога дель Риво облизывались все, у кого имелись дочери на выданье. Богат, красив, знатен, первый после Императора в очереди на корону. И такое счастье до сих пор и ничье!
На герцога была объявлена охота и он здорово натерпелся, пытаясь избежать ловушек, которые с завидным упорством подстраивали ему потенциальные невесты и их родня. Даже пошел слух, что Его Светлость не любит женщин, поэтому избегает любых матримониальных поползновений, но потом его внимание удалось привлечь прекрасной Полетт, графине де Соммери и сплетни стихли. Зато разгорелись новые — как это — герцог дель Риво и какая-то вдовушка! Да, богата и молода, но Его Светлости нужна не такая жена!
Графиня улыбнулась, вспомнив льстивые улыбки в лицо и злые гримасы в спину на балах и суаре.
Завтра же надо отправить Тамилю вестник, больше нельзя сидеть сложа руки.
И тут в дверь постучал мажордом и получив разрешение — вошел.
— Что такое, Бертан?
— Приехала Ее Сиятельство, графиня де Камо.
— О, Летиция! Что ей понадобилось в этот час? Проводи в оранжерею, я сейчас подойду.
Когда графиня спустилась, Летиция уже пила отвар и закусывала его крохотными пирожными.
— Моя дорогая! Прости, что в такое время, но я не могла усидеть дома, сразу подумала о тебе. Эти пирожные восхитительны! Надо прислать моего повара к твоему, пусть он его научит.